Их паническое бегство продолжалось, по оценке Рен, примерно час. Когда туман рассеялся, она увидела, что они находились всего в тысяче шагов от гнезда виверны. Совсем рядом – ее охотничьи угодья простирались на гораздо большее расстояние. Оставалось лишь надеяться, что заклинание, которым Рен ударила, ослабило ее настолько, что она не захочет покидать гнездо следующие несколько дней. В противном случае скоро она начнет их выслеживать.
– Как думаете, стоит ли нам сегодня пойти дальше? – спросила Рен следующим утром. – Мы можем снова применить заклинание левитации.
– Чем выше мы поднимемся, тем разреженнее будет воздух, – возразила Кора. – Действие магии, примененной к человеческому телу на таких высотах, сложно просчитать, и оно может непредсказуемо меняться. Не исключаю, что Тео улетит в небо.
Рен кивнула:
– Ты права. Я забыла про атмосферную теорему Вили. Одно неверное движение, и мы его потеряем. Как думаешь, когда он будет готов идти сам?
Кора пожала плечами:
– Возможно, завтра. Магия всегда требует что-то взамен. В данном случае он будет страшно слаб. Но, по крайней мере, ему не придется лазить по горам с распоротым животом. В таком состоянии он еще долго никуда бы не ушел.
Они решили использовать представившуюся возможность для отдыха. Рен снова вызвалась первой присмотреть за Тео. Он переворачивался с боку на бок и что-то неразборчиво шептал.
Кора рискнула поставить силок невдалеке от пещеры, и ей повезло. Кролик был освежеван, зажарен на костре и приправлен горными цветами, которые собрала Кора. Она также нашла и приготовила какие-то съедобные коренья. Это была их лучшая трапеза за все время в Глуши. Даже Тео проглотил несколько кусочков, прежде чем снова провалиться в беспокойный сон. Он прижался боком к ботинку Рен, и ей казалось это жалким, но все же она нехотя признавала, что он дважды попытался спасти их от виверны, хоть вторая попытка и была верхом глупости.
– Что ты собирался сделать? – прошептала она. – Дать ей кулаком в морду?
Он вздрогнул в бреду и повернулся на другой бок. Тиммонс и Кора, если не спали, непринужденно болтали друг с другом. Рен это не удивляло. Тиммонс могла поладить с кем угодно. Ближе к вечеру подруга толкнула сумку Тео носком туфли.
– Я уже долго терплю, но сегодня мне просто необходимо расслабиться.
Рен рассмеялась:
– Серьезно? Мы спим на краю обрыва, а ты хочешь накуриться?
– Точно, – сказала Тиммонс. – Ты же весь выступ запечатала – муха не пролетит.
Она схватила сумку Рен и швырнула ее в пустоту обрыва. Кора ахнула, но сумка ударилась о невидимую пружинящую преграду, и ее отбросило обратно в пещеру. То же самое заклинание, которое не пускало соколиху к гнезду, не позволяло им подойти к краю выступа. Рен улыбнулась:
– Ты слишком мне доверяешь.
– Да ладно, – сказала Тиммонс. – Рен Монро, я тебя знаю четыре года. Ты все продумываешь. Помнишь, нам надо было выполнить задание по астрономии, и мы с группой пошли наблюдать за звездами? Все разошлись раньше, ничего не сделав, потому что небо было затянуто облаками. Ты сказала, чтобы я осталась, – ты заранее посмотрела прогноз погоды и выяснила, что чуть позже появится окно с хорошей видимостью. Кроме тебя, об этом никто не подумал.
– Но мы же увидели звезды, так ведь?
Тиммонс улыбнулась:
– Именно так, зубрилка. И ты как раз подтверждаешь мою мысль. Если и выкурить немного драконьего дыхания, чтобы успокоить нервы, то рядом с вами двумя – самое безопасное место. Одна – самый умелый студент-медик во всем городе, вторая – моя лучшая подруга, которая всегда на три заклинания впереди остальных.
Рен рассмеялась:
– Ты и правда можешь принять немножко, а не все что есть?
Тиммонс уже шарила в сумке Тео. Она показала склянку Рен.
– Да тут на месяц хватит. Клайд…
Она затихла, закусив губу, и покачала головой в ответ на какую-то невысказанную мысль. Их соученик превратился в чудовище и идет за ними, чтобы убить, – этого достаточно, чтобы вогнать в ужас всю группу. Но Рен знала, что Тиммонс приходится тяжелее всех. Девушка опустила глаза и стала возиться с пробкой склянки.
– Хочешь, Рен?
– Нет, спасибо. – Она постучала пальцем по голове. – Не хочу, чтобы затупился единственный полезный инструмент, который у меня есть.
Тиммонс ухмыльнулась. Она слышала от Рен эту фразу много раз.
– Кора?
Рен закатила глаза. Тиммонс обратила свое обаяние на их скромную подругу – как будто солнце выбрало один цветок, чтобы излить на него все свое благодатное тепло. Она накрутила на палец серебряные волосы и показала ей трубку. Кора наконец улыбнулась в ответ.
– Было бы разумно сначала выяснить, какое действие драконье дыхание оказывает на мозг, и только потом переходить к опытам…
Тиммонс рассмеялась:
– Ну, считай меня своим лаборантом.
Кора смущенно кивнула, и Тиммонс принялась набивать трубку. У бедняжки не было шанса отвертеться. Рен подумала, не вмешаться ли, но поняла, что впервые с момента смерти Клайда видит их улыбающимися. Столько всякой жути на них навалилось. Они заслужили небольшой отдых.
