Рен мысленно поблагодарила неизвестных строителей. К нему вела единственная тропа, пробиравшаяся между скальными выступами. Шириной в одну карету – и то если ей правит искусный кучер. Парапет моста доходил до плеч, между досками оставлены щели шириной с кулак, чтобы древесина лучше просыхала. Под ним, далеко внизу, тек узкий ручей. Вряд ли его невозможно было перейти где-нибудь в другом месте, но Рен полагала, что в дождливый сезон он так сильно разливался, что без моста действительно было не обойтись. Может быть, его построила как раз Делла с работниками, чтобы доставлять в город свой товар. Лучшего места для последней схватки не найти, для чего бы он ни был предназначен.
– Думаешь, это сработает? – спросил Тео.
– Узкий подход, – сказала она. – Возвышенность. Невозможно подобраться снизу моста. Единственное подходящее место для телепортации – вот тот покрытый травой участок. Тропа в любом случае приведет их к нам. И это место мы можем защитить заклинанием. Значит, к нам нельзя подобраться с тыла…
Он кивнул:
– Идеально. Поджигай свечу.
Рен снова надела серьгу и услышала ритм трехструнки, к которому присоединился красивый мужской голос. Лучшего подтверждения не требовалось.
– Мы в пределах досягаемости.
Они дошли до моста. Тео собрал на берегу камни, чтобы пригрузить свечу со всех сторон – они надеялись, что так она не упадет, даже если мост задрожит или закачается. Видно было, что он старый, но крепкий. О том, что он разрушится, можно не беспокоиться. Как только свеча была надежно установлена в импровизированном подсвечнике, они оба вызвали пламя и зажгли ее синхронными движениями. Рен начала мысленный отсчет.
– Теперь поставим охранные заклинания.
Казалось немного странным перебирать арсенал Тео. Он был менее обширен, чем ее собственный, и по-другому организован. Как будто ищешь знакомые книги в чужой библиотеке – требовалось привыкнуть.
– Барьер против метательных снарядов. Три слоя. И надо пропитать дерево огнеупорной магией, – сказала она. – У тебя есть формула уменьшения импульса?
Тео покачал головой.
– Возможно, тогда обжигающая преграда? Не хотелось бы, чтобы кто-то приблизился к нам до того, как мы ударим по ним несколькими заклинаниями. Но надо не перенасытить защитой воздух. Стены шириной в несколько шагов должно быть достаточно.
Потребовалось время, чтоб запечатать заклятиями вход на мост. Чуть дальше по тропе Тео поставил сигнальную растяжку. Он обещал, что на этот раз колокол будет звонить потише. Они повторили план, и им больше ничего не оставалось, кроме как положить сумку на настил моста и устроиться отдыхать. Гнилые доски – не самая удобная постель, но Рен была уверена, что в том состоянии, в каком они находились, они уснули бы и болтаясь в когтях виверны. Нести первую вахту вызвался Тео.
– Пусть во время нее ничего не произойдет, – прошептала она и повернулась на бок.
Усталость копилась в ее руках и ногах два бессонных дня. Она провалилась в черный, без видений, сон, как только голова коснулась сумки. Ей показалось, что она проснулась всего через несколько секунд, но когда она поглядела в небо, то увидела, что день уже клонится к закату.
Тео спал, лежа рядом с ней. Подчиняясь чувству тревоги, она резко села. Все тело взвыло от боли. Голени и поясницу свело судорогой. Рен вскочила на ноги. Она бросила быстрый взгляд в долину – никаких признаков преследователей. Во рту пересохло. Днем она пила слишком мало воды. Она вернулась к Тео и, стараясь его не будить, достала из сумки фляжку. Во сне он выглядел таким невинным. Брудом его делали глаза. Холодные, расчетливые. Скорее всего, эти глаза видели все тайны его семьи, – те тайны, которые остальной мир, возможно, никогда не узнает.
Она успела сделать всего пару глотков, когда ударил колокол. Очень тихо – Тео даже не пошевелился во сне. Она наступила ему на ботинок и отошла на шаг, чтобы посмотреть, кто идет. Восковой свече осталось гореть меньше часа. Они всегда могли затушить пламя раньше, не дожидаясь, пока она догорит, – но в этом случае они рисковали навсегда остаться на восковых путях. Им необходимо отвоевать как можно больше времени.
– Тео, проснись. Кто-то идет.
По тропе что-то двигалось. Это было видно в щели между досками парапета. Однако различить, что это, было нельзя. Минутой позже из-за поворота показался силуэт – пес Деллы.
– Это не очень хорошо.
Рен надеялась, что будет Клайд. Это усложняло дело. Взгляд пса нашел то, что уже обнаружил его нос. Он слегка наклонил голову, а потом завыл. Тео встал, поглядел на свечу, на Рен.
– Слишком рано. Нам нужно больше времени.
– Знаю.
Пес громко залаял. Его лай, казалось, был способен пробудить забывшуюся во сне гору. Рен невольно вспомнила миф об адских гончих. Говорили, что у них такой тонкий нюх, что они преследовали добычу даже по восковым путям. Пес вдруг замолчал, и волоски на руках Рен встали дыбом. Пальцы крепче сжали жезл. Кто-то подходил к мосту, привлеченный шумом.
Братья Мэки.
