— Двергурим! Я — Хараз. Я — вождя урлах, — на ломаном языке людей прокаркал он. — Когда умирай, сказать твой бога — Хараз убить.
Дагна оглядел новых соратников. Судя по гербам на щитах, что он успел рассмотреть, это были командиры седьмого, восьмого и десятого отрядов — рыцари Микобат, Рокар и Кармол.
— А вы что тут забыли, благородные сэры? — недовольно проворчал дварф, не выпуская из поля зрения гоблина с его странными воинами. — Внизу не осталось врагов?
— Наши бойцы убиты, дварф! — холодно произнес Микобат, пропуская мимо ушей фамильярность. Его изгрызанный щит явно свидетельствовал о тяжело пережитом бое. — Мы нужнее здесь!
— Ну, воля ваша, господа дворяне, — мрачно хмыкнул дварф. — Тогда побыстрее займите чем-нибудь этих мерцающих доходяг, пока я с их «вождя» потолкую с глазу на глаз.
— Да как ты смеешь… — начал было сэр Рокар, когда вдруг барон Вильямин схватил его за плечо.
— Наши люди сейчас гибнут, Рокар. Не время для препирательств. Дварф знает свое дело.
Рыцари переглянулись и молча отсалютовали противнику. Вождь Хараз единожды махнул когтистой рукой. Странные фигуры, отдаленно похожие на гоблинов, завьюжили вокруг них, действуя в потрясающей слаженности, постоянно меняя углы атаки и чередуя цели. Рыцари, к удивлению, Дагны, не дрогнули и, выкрикивая свои девизы, уверенно вступили в бой, лихо отбивая сыплющиеся со всех сторон удары щитами и мечами.
Перед дварфом остался только вождь. Тот неотрывно смотрел на Дагну своими желтыми глазищами, не торопясь нападать.
— Я понимаю, что ты тянешь время, гоблин. Но пора с этим кончать! — дварф поднял щит и напружинился. — Окс Двергур! Двергур Хадад!
Топор мелькал как лопасти ветряной мельницы в штормовой ветер. Гоблин ловкими движениями в последний миг уходил с линии атаки, каждый раз успевая махнуть мечом, чтобы в свою очередь попасть по щиту подгорного воина. Бой затягивался. Вождь Хараз превосходил Дагну в скорости, но не мог пробиться через превосходную защиту дварфа. Дагна был во много раз сильнее гоблина, но не мог попасть по нему, каждый раз рассекая лишь пустоту.
Однако был и еще один фактор. Закаленный в тяжелейших боях дварф был не только намного сильнее, но и несоизмеримо выносливее. Гоблин начал уставать, и широкое лезвие пролетало все ближе и ближе от его тела. Дагна теснил его все выше по склону и, наконец, улучив подходящий момент и проведя обманный удар топором, могучим взмахом щита отшвырнул гоблина прямо на выступающие корни исполинского дерева. Гоблин только чудом не сломал хребет и не раскроил себе череп. Оглушенный Хараз мотал головой, силясь подняться, но дварф не дал ему такого шанса, в несколько стремительных шагов оказавшись рядом, и занес топор для последнего удара.
Внезапно раздался тонкий писк и вождя заслонил, раскинув тонкие ручонки, маленький гоблиненок, выпрыгнувший откуда-то сверху. В ужасе таращивший глаза-плошки на подгорного воина малыш, безостановочно всхлипывая, глотал льющиеся ручьем слезы, а его тельце била крупная дрожь, но он словно врос в землю крохотными бобровыми сапожками, несмотря на попытки вождя отодвинуть его ослабшей рукой.
Дагна, не опуская топора, воткнул щит в землю и протянул руку.
— Ключ!
Хараз посмотрел на него отсутствующим взглядом.
— КЛЮЧ! — взревел дварф, хватая гоблиненка за руку и занося над ним хищно блеснувший топор.
Вождь побледнел и лихорадочно зашарил по земле в поисках меча.
— Ключ! — сквозь зубы прошипел дварф, рывком вздергивая истошно завопившего от боли малыша над землей. — Ты выбрал.
Широкое синее лезвие, совершив короткий замах, полетело к шее гоблиненка, когда раздался полный ужаса вопль и широкий каменный диск стукнулся о наколенник дварфа и упал к его ногам. Дагна швырнул малыша в объятия вождя. Тот, прижав его к себе, свернулся калачиком, шепча что-то успокаивающее едва не потерявшему сознание от страха, заходящемуся плачем, гоблиненку. А затем, не выпуская его, с трудом поднялся на ноги.
— Дай уйти моя сын, двергурим.
Дварф рубанул по каменному диску топором, раскалывая его на куски.
— Куда уйти, гоблин? Теперь у вас нет шансов, — он указал на разломанный ключ. — Вы окружены. Сдавайся, на рудниках тоже можно жить.
Хараз, шатаясь, скрылся за гигантским стволом.
— Родник вести нас дом, двергурим, — донеслось оттуда.
Дварф выругался и пошел за ним. Когда он вышел на поляну, ему пришлось зажмуриться от нестерпимо яркого свечения, которое исходило из самого центра. В этом свечении исчезали входящие в него сотни гоблинов, таща на себе пожитки и волоча за собой детей.
Хараз обернулся, не дойдя до своих.
— Урлах уходить Родник навсегда. Тропа. Дом. Отпустить, двергурим.
Дагна тяжелым взглядом обвел поляну, глядя на то, как последние гоблины скрываются в свете. А потом отвернулся и пошел обратно к склону.
— Я благодарить, двергурим! — крикнул вождь Хараз.
— Катись ты в трещину… — угрюмо буркнул Дагна, ускоряя шаг и стремясь как можно быстрее выйти с поляны. Когда на самом краю он все же обернулся, вождя и его сына уже не было.
