— Очень давно, около пятисот лет назад, когда границы королевства еще были зыбки, а отношения с соседями далеки от дружеских, и требовалось закладывать новые пограничные заставы и форты, разведчики пришли сюда, на север, где обнаружили ущелье с пересекающей его от края до края грудой камней. Конечно, тогда никакой стены еще не было, лишь огромные обломки скал, похожие на каменные клыки. Тогда разведчики ушли дальше, вглубь, где наткнулись на какие-то невообразимо древние башни, выстроенные прямо в скалах по обе стороны ущелья. Спустя три месяца туда была отправлена большая экспедиционная группа с большим строительным обозом и полком ратников. Место для размещения там гарнизона и постройки, запирающей проход крепости, было идеальным, ведь оставалось только соединить уже существующие башни стенами, однако в разгар строительства что-то пошло не так, потому что экспедиция была вынуждена отступить к Дентстоуну и послать птиц в Тернари. Так они там и просидели около месяца, когда к лагерю в Дентстоуне явился некто с той стороны ущелья и потребовал встречи с нашим королем. Встречу организовали, в отдельном шатре, который установили в полете стрелы от лагеря, у них состоялся разговор один на один. Когда его величество вернулся в лагерь, то тут же приказал издать указ о том, что граница пролегает здесь, прямо по той линии, где ныне стоит стена. На все расспросы советников он сказал лишь одно: «Дальше на север нам пути нет. Башни в ущелье останутся пустыми. Пока мы не нарушим договор, нам ничто не грозит». О том, кто был тот незнакомец, король ничего не сказал, и никто из тех, кто его видел, не смог вспомнить, как он выглядел.
— Занятно. А с чего сейчас весь сыр-бор? Кто нарушил мир?
— Формально никто, Дагна. Однако наши птицегляды всегда наблюдали за ущельем, и пять веков все было спокойно, однако, год назад они заметили, что по ту сторону гор начали появляться военные лагеря один за другим, и число их постоянно росло. А спустя неделю, когда птицы вдруг отказались летать в ту сторону, птицегляды только разводили руками, не в силах ничего с этим поделать, и, таким образом, наша дальняя разведка ослепла. Никаких объявлений войны, никаких гонцов, ничего вообще. Его величество принял единственно верное решение — укреплять Дентстоун и вводить войска, пока еще не поздно. И, как видите, нападение на Тринадцатые Врата как нельзя лучше это решение подтвердило.
— Крайне странная история, Конор… — задумчиво произнес Дагна, в душе которого холодной змейкой начало просачиваться предчувствие надвигающейся бури… — Пятьсот лет ничего и тут вдруг ни с того, ни с сего… Такое ощущение, что все эти века там кто-то планировал вторжение и заключил договор, только чтобы как следует подготовиться.
— В такое сложно поверить, друг мой, — с сомнением в голосе сказал граф Аргайл. — Это огромный срок. К войне можно подготовиться гораздо быстрее.
— Согласен, но я повидал за свою жизнь немало и более, на первый взгляд, невероятных вещей. Никогда не стоит недооценивать идеи, лежащие на поверхности. Не стоит все время искать логику в мире, где она нечастый гость.
— Что ж, Дагна, ваши слова заставили меня задуматься… — потер подбородок граф. — А что бы вы делали сейчас, на месте главнокомандующего, если принять ваши слова, ну предположим, за истину?
— Заручился бы поддержкой всех, до кого бы смог дотянуться. Соседних, граничащих с Исгардом королевств, а также дварфов, эльфов, да кого угодно. Об упредительном ударе и думать нечего. Без разведки это верная гибель, а потому надо сидеть в глухой обороне, наращивая военную мощь, и непременно как можно быстрее наладить бесперебойные поставки всего необходимого от провианта до оружия. Кстати, я не заметил ни единой катапульты или баллисты. Обозы должны идти в Дентстоун круглосуточно. Потому что, если не озаботиться этим сейчас, а надо было еще вчера, пока в казне еще что-то есть, то делать это потом все равно придется, но по другим ценам и впопыхах, Зерор тому свидетель.
— Что ж… — произнес граф Аргайл. — Именно этим сейчас и занят королевский двор во главе с его величеством. Что-то у меня разыгрался аппетит, мой друг. Не желаете ли еще раз отужинать?
— О таком, Конор, дварфа можно не спрашивать, — предвкушающе улыбнулся Дагна. — Тем более, если снова будет та чудная запеченная утка с гречневой кашей.
Граф позвонил в уже хорошо знакомый дварфу по совместным вечерам серебряный колокольчик, вызывая Малика.
— Пока мы ждем ужин, не утолите ли мое любопытство, Конор? Я давно хотел узнать про птицеглядов — они что же, действительно видят глазами своих птах с помощью магии? — с интересом спросил Дагна.
Граф усмехнулся.
