Наконец, лето подошло к концу. И Снейп, и Рэйчел с нетерпением ждали начала нового учебного года. Всё-таки они будут постоянно друг у друга на глазах. За эти месяцы Рэйчел извелась от тревоги за него. Не видеть его целыми днями стало для неё настоящим испытанием Они оба вздохнули с облегчением, когда это лето подошло к концу.
Впрочем, положительные эмоции у обоих длились недолго. После торжественного ужина Дамблдор представил новых преподавателей. Речь профессора ЗОТИ неприятно поразила всех. Рэйчел решила сегодня же ночью покопаться в мозгах у этой «розовой жабы», как она мысленно окрестила новую коллегу. Впрочем, осуществить это намерение ей так и не удалось, потому что полночи они с Северусом не давали друг другу возможности уснуть, а после отключились мгновенно, не в силах думать ни о ком и ни о чём, кроме как друг о друге.
Зато на следующую ночь Рэйчел ждал сюрприз. Попытавшись проникнуть в сновидения профессора Амбридж, она наткнулась на невидимый, но непреодолимый барьер. Промучившись всю ночь, она так и не смогла одолеть это неизвестное препятствие. Попытка взять эту крепость на следующую ночь также потерпела фиаско. Рэйчел задумалась. Значит, есть люди, умеющие защищаться от проникновения в сознание. Нужно было обязательно узнать, как они это делают. Но не спрашивать же об этом у них напрямую… Что же делать?
На следующий день Рэйчел попросилась на приём к Директору.
— Альбус, кажется у нас проблемы, — она с порога взяла быка за рога, — я не могу проникнуть в сны Амбридж.
— С чем это связано?
— Она ставит какой-то барьер. Я всё время чувствую эту преграду, пытаясь заглянуть в её сны. Но я не знаю её природы. К тому же, у меня есть нехорошее подозрение. Если она выставляет эту преграду сознательно, значит, она знает о возможности проникновения в сознание во сне. А раз знает, возможно, сама активно этим пользуется.
— Хм. Мне бы не хотелось, чтобы профессор Амбридж внедрилась в моё сознание. Как и в сознание любого обитателя Хогвартса, — Дамблдор озабоченно прошёлся по кабинету. — Рэйчел, вы понимаете, что противостоять ей в этом не сможет никто, кроме вас. На вас вся надежда.
— Понимаю. Но пока ничего придумать не могу.
— Я верю в вас, Рэйчел.
— Благодарю за доверие, господин Директор.
Каждую ночь Рэйчел засыпала с мыслями об Амбридж. Это было нетрудно, поскольку эта женщина страшно бесила Рэйчел. Она мысленно спорила и ругалась с Долорес перед сном, а уснув, снова и снова натыкалась на эту невидимую, но явственно ощутимую преграду. За месяц Рэйчел извелась, похудела и чувствовала себя полностью опустошённой. Северус знал об этой проблеме, но ничем помочь не мог. Понимая всю важность её решения, он старался на людях поменьше отвлекать мисс Хаксли на пикировки и игру в непримиримых врагов, дабы не отнимать у неё силы, которые и так уже были на исходе. Оставаясь с Рэйчел наедине, Снейп старался быть нежным и страстным одновременно, чтобы отвлечь любимую от навязчивых мыслей.
Однажды, побывав в кабинете у Амбридж и насладившись созерцанием её «кошачьей галереи», Рэйчел подумала: «Если она так помешана на кошках, может быть, стоит попытаться проникнуть в её сон в образе котёнка? Но как это осуществить технически?»
Рэйчел всегда попадала в чужие сны в собственном обличье, а уже оказавшись внутри сновидения, могла менять свой облик или облик персонажей сна. Проникать в сновидения в каком-то ином качестве она ни разу не пробовала. Ей нужна была практика. А на ком ещё она смогла бы потренироваться?
— Северус, мне нужна твоя помощь.
Рэйчел объяснила ему суть проблемы. Разумеется, он согласился. И началось… Теперь его сновидения были заполнены разномастными кошками и котятами. Они то жалобно мяукали, то ластились, то мило играли, то злобно царапались. Рэйчел пыталась сначала принять кошачий облик, а затем проникнуть в сны Северуса, но у неё ничего не получалось. Она всякий раз оказывалась в его снах в человеческом образе и уже там превращалась в кошку. Они оба чувствовали себя измученными. Снейп уже до тошноты ненавидел кошек. Он не говорил об этом Рэйчел, но она и сама всё понимала. И вот однажды она, засыпая, представила себя маленьким жалким котёнком, голодным и несчастным. Она дрожала, прячась в кустах под струями холодного осеннего дождя и чуть сама не разрыдалась от жалости к себе. Такой и возникла она в сновидении Северуса. У него сердце сжалось от её жалобного мяуканья, он взял в руки дрожащий, мокрый и грязный комок, спрятал его на груди и притащил домой.
Это была первая маленькая победа. Потренировавшись ещё несколько ночей кряду, Рэйчел довела Северуса до белого каления, зато научилась легко и непринуждённо врываться в чужие сны в кошачьем облике. Обкатав это умение ещё на нескольких обитателях Хогвартса, Рэйчел решилась наконец на ночной визит к Амбридж.
