— Спасибо, Минерва. Я пришла к вам по тому же вопросу, по которому здесь только что был Гарри.
Директор удивлённо вскинула брови:
— Откуда вы знаете, по какому вопросу приходил сюда Гарри?
— Потому что я была немного посвящена в план Альбуса, главными фигурами в котором были Гарри и Северус.
— Хм, — Минерва недоверчиво поджала губы, — с какой стати Альбусу было посвящать вас в свои планы?
В голосе Мак-Гонагалл явственно промелькнули ревнивые нотки. «Как же так? Он посвятил в свои планы кого угодно, только не меня? Нет, этого не может быть», — говорила она всем своим внешним видом.
— Видите ли, Минерва… Все эти годы я…я любила Северуса Снейпа. Поэтому Альбус был вынужден посвятить меня, чтобы я не путалась под ногами и не создавала трудностей.
— Вы?! Вы…любили? — Минерва произнесла это слово с таким изумлением, что Рэйчел покоробило. Кажется, тот факт, что кто-то мог любить Северуса Снейпа, выглядел настолько неправдоподобно в её глазах, что Минерве изменила её обычная сдержанность и невозмутимость.
— Вас это удивляет? — Рэйчел приподняла бровь. «Совсем, как Снейп», — подумалось Минерве.
— Признаться… да. Бывший директор, мягко говоря, не пользовался здесь популярностью.
— Именно поэтому я к вам и пришла. То, что рассказал вам Поттер — это, конечно, правда. Но у вас есть все основания сомневаться в услышанном. Скажите, если я предоставлю вам неоспоримые доказательства того, что Снейп — не преступник, а совсем наоборот… Вы согласитесь помочь восстановить его доброе имя в глазах магического сообщества?
— Разумеется. Но это должны быть действительно неоспоримые доказательства.
— Скажите, Минерва… вам хорошо знаком почерк Дамблдора?
— Да, конечно.
— А вам известны особенности его подписи, которые удостоверяют её подлинность? Вы знаете те тайные значки, по которым можно определить, что подпись принадлежит именно ему?
— Да.
Если уж Рэйчел знает об этом, значит, она действительно во многое посвящена, думала Минерва, с интересом разглядывая молодую женщину, как будто видела её впервые. Надо же… Такая свежая, молодая, симпатичная… Стольким людям нравится — и на тебе. КАК? Как можно любить этого урода с отвратительным характером?
Рэйчел тем временем встала, обошла директорский стол и подошла к портрету Финеаса Найджелуса.
— Вы позволите, господин директор? — Рэйчел просунула руку за раму и пошарила там, вызывая хихиканье изображённого на портрете волшебника.
— Простите, — покаянно обратилась она к портрету, вынимая из тайника толстый конверт.
— Ничего-ничего, мисс, — ответил Найджелус, — давно ко мне не прикасались женские ручки. Это очень щекотно, но весьма приятно.
Рэйчел молча подала конверт Минерве и уселась на своё место, приготовившись ждать. Она наблюдала за лицом Мак-Гонагалл, которое по мере чтения меняло своё выражение от недоверчивого, до изумлённого, и в конце покрылось красными пятнами стыда.
— Боже мой… — голос Минервы дрожал, — Боже мой, бедный мальчик… как же ему было невыносимо тяжело…а мы… Мы все виноваты перед ним, — она торопливо вынула платок и приложила его к глазам.
— Теперь вы понимаете, что мы обязаны вернуть ему его доброе имя?
— Да. Хотя бы после смерти, — скорбно произнесла Мак-Гонагалл.
***
Комиссия, специально созданная Министерством с целью установления истины по делу участия Снейпа в борьбе с Волан-де-Мортом, работала долго. Проверялся каждый факт, опрашивались свидетели, главными из которых считались Гарри Поттер и Рэйчел Хаксли. Минерва, полностью уверовавшая в невиновность Снейпа благодаря свидетельству Дамблдора, которому она доверяла безоговорочно, приложила все силы и всё своё влияние, чтобы ускорить и облегчить работу комиссии.
Всё это время Снейп находился в своём укрытии в Запретном лесу. Его тяготило это вынужденное заточение. Кажется, теперь он начинал понимать Блэка, который так же, как и он, был вынужден бездействовать, сидя взаперти. По крайней мере у него, Снейпа, была его Рэйчел, тайно приходившая к нему каждую ночь. Но, несмотря на её визиты, Снейп стремился на волю. Ему казалось недостойным отсиживаться, как мышь в норе, в то время, когда вокруг него кипят нешуточные страсти. Многие члены комиссии не хотели верить в его невиновность. Снейп рвался лично доказать им свою правоту. Удерживало его от этого шага лишь одно.
Когда Снейп в очередной раз заговорил о необходимости покинуть убежище, Рэйчел взорвалась:
— Какого лысого тролля тебе не сидится тут? Тебе хочется поскорее в Азкабан, под крылышко к дементорам? А ты обо мне подумал? Я снова должна с ума сходить от страха за тебя? Так мне сейчас волноваться строго противопоказано.
— Почему именно сейчас? — Снейп приподнял бровь.
— Потому что именно сейчас, в данный момент, я беременна. И намерена родить ребёнка в срок и полностью здоровым!
