Покинув больничное крыло, Рэйчел в растерянности уселась на ступеньках лестницы. Как же всё не вовремя! Они с Северусом столько лет вместе, и ни о какой беременности речи не шло. Она думала, что, возможно, кто-то из них бесплоден или зачатие не происходит из-за нервного перенапряжения, в котором они постоянно находятся. Или, может, просто звёзды не так сложились. И вдруг… Что теперь? «Вам нельзя волноваться»! Предстоит битва. Ещё неизвестно, смогут ли они с Северусом остаться в живых. Но сейчас ей нужно будет думать не только о его и своей жизни, но и о жизни этого существа, зародившегося в ней? Это значит, ей нельзя рисковать? К чёрту! Она будет рисковать любой жизнью, и своей, и своего ребёнка, лишь бы спасти ту, единственную, без которой у неё не будет ничего и никогда. Рэйчел решительно поднялась и направилась вниз, туда, где профессора Хогвартса готовили достойную встречу Тому-кого-она-ненавидела-больше-всех-на-свете.
***
В пылу битвы некогда думать о чём-то, кроме самой битвы. Разгорячённая Рэйчел в азарте схватки забыла обо всём на свете. Мысли о ребёнке, страх за Северуса — всё это отступило на задний план. И никакой тошноты или головокружения. Она метала заклятия в нападавших, пряталась за стенами, перебегала о одного укрытия к другому и снова метала заклятия. Дерзкая и осторожная, смелая и рассудительная, Рэйчел в этой схватке не получила ни одного повреждения. Лишь однажды камушки, отскочившие от стены рядом с ней, поцарапали её щёку, но она даже не заметила этого.
Но вот защитники Хогвартса получили передышку. Рэйчел вошла в Большой зал, и её сердце больно сжалось от увиденного. Убитые и раненые. Раненые и убитые. Те, кто ещё вчера ходили на занятия, обедали в Большом зале, смеялись, разговаривали… Рэйчел задохнулась от подступивших к горлу слёз. Война, воспринимавшаяся ею, как нечто стороннее, не настоящее, ворвалась в её жизнь только теперь, когда она переводила взгляд с одного мёртвого тела на другое. Что, если и ОН лежит сейчас где-то, такой же неподвижный и бездыханный?
Грудь Рэйчел как будто сдавило ледяное кольцо. Поискав глазами Гарри, она заметила его, входящего с друзьями в Большой зал. Рэйчел быстрым шагом подошла к ним.
— Гарри, где ты сейчас был? -просто спросила она.
— В Визжащей хижине, — ему нечего было скрывать.
— Что ты там видел?
— Волан-де-Морт убил Снейпа, — так же просто ответил Гарри. Она молча кивнула и направилась к выходу. Никто не обращал на неё внимания, и она беспрепятственно пробралась в Визжащую хижину.
В хижине никого не было. На полу она увидела кровь. Его кровь… Она прикоснулась рукой к засыхающему пятну. Ей показалось, что она почувствовала прикосновение к его телу. Тела не было. Всё шло по плану. Рэйчел покинула хижину и отправилась в Запретный лес. В его самую дальнюю, непроходимую часть, где по замыслу Дамблдора было оборудовано тайное убежище, окружённое всеми мыслимыми и немыслимыми защитными чарами, в котором должен был укрыться Снейп после встречи с Волан-де-Мортом.
***
Снаружи не было никаких признаков хоть какого-то жилья, ни человеческого, ни звериного. Только густые заросли вокруг. Рэйчел нашла это место по приметам, известным только ей и Северусу, открыла к нему проход с помощью заклинания, специально изобретённого Дамблдором для этого случая, и тщательно закрыла его за собой. После этого другим заклинанием она раздвинула густую завесу, образованную сплетёнными ветвями вековых елей и вошла в образовавшийся проход, плотно сомкнувшийся сразу за её спиной. Несколько шагов по коридору, освещаемому «Люмосом» её волшебной палочки — и Рэйчел очутилась в небольшой уютной комнате. В ней было тепло. Потрескивал камин, горело несколько свечей, а воздух был свеж и пах травами.
Снейп лежал на низкой кровати. В его осунувшемся и постаревшем лице не было ни кровинки. Сухие губы потрескались, запеклись и засохли корками. Рубашка на груди была расстёгнута. На шее виднелся нечёткий шрам — следы зубов Нагайны. Было заметно, что шрам постепенно затягивается и скоро от него не останется и следа. Тогда почему он так бледен и так тяжело дышит?
Рэйчел опустилась на кровать рядом с ним, взяла его горячую, слишком горячую руку и прижалась к ней щекой. Он открыл глаза и попытался слабо улыбнуться ей. Она приложила пальцы к его губам и тихонько покачала головой.
— Хочешь пить?
Он медленно кивнул. Рэйчел огляделась. На столе стоял сосуд с каким-то отваром.
— Этот? — спросила она.
— Да, — выдавил Снейп.
Она приподняла его голову и поднесла стакан с напитком к его губам. Он выпил жадно, до дна, и без сил откинулся на подушку.
— Северус, что-то не так? У тебя жар… Так не должно быть? Ты знаешь, что нужно делать? - Рэйчел с трудом скрывала беспокойство.
— Видимо, яд очень сильный, — ему было трудно говорить, — известные противоядия не помогают.
