– Да подавись, Филатов! Я все папе расскажу, и ты еще пожалеешь! Меня никто не может так безнаказанно кидать.
Отворачиваюсь, давая понять, что разговор окончен. Слышу хлопок двери и выдыхаю. С плеч будто гора падает. И я понимаю, что это самое правильное решение.
Лена
Возвращаюсь из квартиры Ромы и застаю сестру, которая мечется по своей спальне и что-то ищет.
– Ты чего потеряла?
Задумчиво чешу голову, пока Линка отмахивается. Не дождавшись ответа, пожимаю плечами и отправляюсь на поиски бесят. Они явно сегодня не в духе.
– Эй, детвора! – отбираю у Мишаньки его любимый молоток, которым он размахивает перед носом Павлика. – Ты что хулиганишь?
Грожу пальцем, но сын как ни в чем не бывало отворачивается и продолжает заниматься своими делами.
В такие моменты мне кажется, что я не справлюсь! Как? Как воспитать их достойными мужчинами?
Опускаюсь рядом с ними на корточки и запутываюсь пальцами в волосах и сдерживаю всхлип. В груди расплывается непонятно откуда взявшаяся горечь. Как любая нормальная мама я хочу для своих крошек полноценную семью: с любящим отцом и спокойной мамой, а не вечно несущейся куда-то на работу.
И так велик соблазн рассказать Роме про детей… Был. Пока он не обвинил меня в том, что я спала с ним, будучи беременной от кого-то другого.
Усмешка выходит болезненной, отдающей болью в груди.
Рома, Рома… Как же тяжело видеть его и понимать, что ничего не будет. Я не смогу быть с человеком, которые не принимает моих детей, а взять и так просто сказать, что дети его… Интересно, а он поверит? Или снова обвинит, что я приплетаю ему то, чего нет?
– Систер, я убегу по делам? – в зале объявляется взъерошенная Линка с кипой бумаг.
Незаметно стираю скатывающуюся слезу и выдавливаю улыбку. Надеюсь, мое состояние останется незамеченным.
– Чего случилось? Ты какая-то рассеянная.
– Ой, – снова взмах рукой, – видите ли, нужно лично отвезти перевод какой-то крале. По тырнету ее не устраивает, ей надо распечатать и бумажульки принести на золотом блюдечке.
Фыркаю и представляю картину, как сестра приносит тот самый перевод и швыряет блюдечко в лицо неизвестной крале. Линка может, вполне в ее духе.
– Иди, конечно. На сегодня я свободна.
Сестру словно ветром сдувает, как и не стояла она тут секунду назад. Вот это скорость!
– Ну что, бесята, кушать идем?
Встаю, и меня застает врасплох звонок в дверь. Пожимаю плечом: видимо, Лина забыла ключи. Частенько у нее такое бывает. Это она еще вовремя вспомнила.
Не смотря в глазок, распахиваю дверь, и очередной вдох застревает в легких.
– Что?
Перед лицом – букет из гербер всех известных мне цветов: оранжевые, желтые, красные, белые, синие. Синие? Подвисаю, потому что никогда не видела синих гербер.
– Впустишь?
Сталкиваюсь с серыми глазами, полными нерешительности и раскаяния.
Отступаю, пропуская внутрь своей обители Рому. Не видела его с нашего первого и последнего чаепития. Старалась смотаться до того, как он вернется с работы.
Протягивает букет, и я без возражений принимаю. Ну а что? Цветы я люблю, а тут такая роскошь.
– Спасибо, – вдыхаю приятный запах.
Тут же на пороге появляются мои мальчишки и устремляют взгляды на подарок.
– Ну нет, – отступаю и обнимаю букет, – я вам не тетя, так просто я не отдам свой букет.
За спиной хмыкает Рома, а я вздрагиваю от этого звука.
– Любят цветы?
Его низкий голос проникает под кожу, заставляя чувствовать то, чего я чувствовать не должна.
– Если только дербанить, – усмехаюсь и иду в кухню. – Проходи, не стесняйся.
Оборачиваюсь, чтобы посмотреть, услышал ли меня Рома, и врезаюсь в его грудь. Охаю от неожиданности. Рома уже по привычке придерживает меня, а его глаза внимательно изучают мое лицо. Словно пытается что-то разглядеть.
– Осторожно, – с опозданием шепчет, но я прекрасно слышу.
– Спасибо.
Щеки тут же вспыхивают под его пытливым взглядом.
– Лен, поговорить надо.
Стискивает руки на моих предплечьях. Словно не хочет отпускать и отступать, но с усилием заставляет себя это сделать, и я снова могу нормально вдохнуть.
– По поводу моей работы?
Рома непонимающе смотрит на меня, но затем мотает головой. Усаживается за стол, складывает пальцы в замок.
– Чай? Кофе? Ужин?
– Не надо ничего, спасибо. Лен, в первую очередь я хотел извиниться за свое неосторожное высказывание по поводу нашей ночи.
Поднимает на меня взгляд. Ждет.
– Принято, – легко отвечаю, потому что понимаю, что не злюсь.
Вот сейчас, стоя перед ним, я не злюсь за те слова.
– И еще по поводу Лизы…
Это имя неприятно ударяет по перепонкам, заставляя сильнее стиснуть букет, который я и не думаю поставить в вазу. Мне нравится, как в моих руках ощущается тяжесть цветков.
– И что насчет нее?
– Свадьбы не будет. Собственно, как и Лизы в моей жизни…
– Что так? – резковато перебиваю его.
Рома удивленно заламывает бровь, а мне приходится закусить губу, чтобы не спросить, из-за неверности ли это все.
