— Да, — кивнул, соглашаясь. — Поэтому будете мне платить за размещение войск численностью пятьсот-тысяча человек. Мы перенесём их к границе, где начинается моя территория с турками. Также, чтобы показать, что работаем вместе и всё было спланировано изначально, вы будете покупать мои товары с той территории, а я перевезу сюда часть своего рода.
— Зачем империи платить тебе? — задал снова вопрос Ростовский, сцепив пальцы в замок.
— Потому что я земельный аристократ, — улыбнулся, ощущая, как все козыри постепенно переходят ко мне. — Я не состою ни в какой фракции. Моя земля — только моя, — пожал плечами. — Это усилит положение нашей страны и позволит иметь более выгодную стратегическую позицию. Глупо отказываться от такого щедрого предложения. А ведь заставить меня нельзя. Вы же как опытный военный используете всё на благо страны.
— Уверен? — хмыкнул князь. — Что это выгодно стране, а не тебе?
«Слушай, мужик, я пытаюсь предложить хоть какой-то план. Что ты мне тут яйца крутишь?» — мелькнуло в голове.
— Мне тоже, — кивнул я. Хрустнул шеей, снимая напряжение. — Генерал, разрешите прямо?
— Давай, — махнул он рукой, и в его глазах появился интерес.
— И вы, и я понимаем, что этот мир временный. Рано или… рано турки попытаются его сорвать. Тем более они знают, как всё произошло и кто за этим стоит, — я сделал паузу, позволяя сказанным словам осесть. — То, что предлагаю, — очень выгодное стратегическое преимущество. Ведь на моей территории будут не только солдаты, но и мои люди — первый барьер для турок. Мы увидим, узнаем об их шевелении раньше, чем с существующих позиций.
Я заметил, как Сосулькин нервно поправляет воротник. Его взгляд метался между мной и генералом, словно он пытался понять, к чему приведёт этот безумный план.
— Есть несколько проблем, — закивал князь. — Первая: может не согласиться император.
— Думаю, если вы повторите мои слова, — я посмотрел генералу прямо в глаза, давая понять, что знаю истинное положение дел, — при дворе не окажется идиотов, кто решит это опровергнуть. Сам император таких слов не произнесёт.
Я видел, как сказанное мной задело Ростовского. Он мог бы казнить меня на месте за одно только предположение о предательстве монарха, но не сделал этого, что о многом говорит.
— Начнётся грызня, — тихо произнёс Сосулькин, словно боясь, что его услышат даже сквозь стены штаба.
— А вы как хотели? — искренне удивился я. — Император в сговоре с… решил убрать своего брата и меня заодно. И они вдруг остановятся?
Пришлось сказать это вслух, чтобы не затягивать наше собрание ещё больше. Меня даже никто не прервал и не попытался заткнуть.
В комнате повисла тяжёлая тишина. Сосулькин стоял, опираясь на край стола, его лицо побледнело. Ростовский смотрел куда-то мимо меня.
— Провокации с обеих сторон, — произнёс наконец генерал, нарушив тягостное молчание. — Попытки сорвать мир.
Его глаза потемнели, а пальцы сжались в кулак. Было заметно, как в нём клокотала ярость. Не на меня, а на ситуацию в целом. На вероломство, бессилие и вынужденное прогибание под действия брата.
— С этим будем разбираться на месте, — ответил я. — Пока планирую своих людей отправить в Бахчисарай, чтобы они там держали руку на пульсе. Всю информацию будут передавать вам лично.
— Допустим… — согласился князь после паузы, медленно расслабляя пальцы. — А ты? Твоё положение среди земельных колыхнётся. Получил земли, ещё и от врага, вдобавок — жену-турчанку, титул. Я не завидую тебе, Магинский. Если думал, что тобой интересовались раньше… — он хмыкнул. — Это просто цветочки. Начнётся настоящая охота, причём со всех сторон.
— Придётся держать удар, — оскалился я, выпрямляясь и расправляя плечи. — Я всё понимаю.
Впрочем, ничего нового. Не привыкать к тому, что на меня охотятся. Более того, теперь есть титул графа, дополнительные земли и мои монстры.
— Война на севере, — произнёс вдруг Ростовский, подняв голову и глядя в потолок, словно там было написано решение всех проблем. — Большую часть войск перекинут отсюда, хотя есть своя армия. В отличие от этой кампании, там победа нужна быстро.
Война на севере? Не могли сказать раньше? Теперь мне всё стало понятно: мотивация султана, почему он пошёл на этот мир и сделал всё, что сделал. Думаю, с моей «помощью» Сулейман подчистил свой двор. Проверка на лояльность — подобное уже проворачивали и в моей прошлой жизни.
Хочет укрепить позиции и, пока наша страна будет занята, напасть тут. Вот только… у меня немного другие планы на этот счёт. Единственная проблема — нужны время и силы для укрепления.
— Где именно? — уточнил я.
— Не твоя забота, Магинский, — отрезал Ростовский. — Тебе хватит проблем и на южной границе, и у себя в роду.
Я кивнул. Впрочем, география не так важна, как стратегическое положение. Если наши силы сосредоточены на северном театре военных действий, южный фронт оголится. Блестящее время для турок, чтобы ударить, особенно когда они в сговоре с нашим императором. Сука, до сих пор пока не могу понять мотивы монарха. Чего он добивается и зачем ему всё это?
