Лахтина расположилась справа, её длинные волосы раскинулись по подушке, частично закрывая моё лицо. Одна рука лежала поперёк моей груди, вторая обвивала шею — хватка, слишком крепкая для спящего человека. Её дыхание, горячее и размеренное, щекотало ухо.
Елена и Вероника устроились слева, переплетясь между собой так, что трудно было понять, где заканчивается одна и начинается другая. Их руки и ноги образовывали сложный узор на моём теле, надёжно фиксируя каждое движение. Они дышали в унисон, словно единый организм.
Но главным сюрпризом стало присутствие Фираты и Изольды. Эти тоже умудрились сюда проскочить…
Я начал осторожно выбираться из живого лабиринта. Каждое движение требовало расчёта и осторожности. Разбудить пятерых женщин-монстров одновременно не входило в мои планы. Особенно учитывая их настроение вчера вечером. Миллиметр за миллиметром я освобождался от хватки, заменяя своё тело подушками и одеялами.
Наконец, после десяти минут бесшумных манёвров я оказался свободен. Встал рядом с кроватью, разминая затёкшие конечности и наблюдая за спящими женщинами. Они даже не заметили подмены, продолжая крепко обнимать подушки, занявшие моё место.
Мышцы шеи и спины отозвались приятной болью, когда я потянулся всем телом. Позвонки хрустнули, возвращаясь на место после неудобной позы. Кровь быстрее побежала по венам, прогоняя остатки сонного оцепенения. Голова прояснилась, мысли обрели чёткость.
Я смотрел на спящих женщин, размышляя, как лучше их разбудить. Пора бы им уже объявить, кто поедет со мной. Можно было бы просто окликнуть, но где гарантия, что они не воспримут это как сигнал к атаке? Женщины-монстры непредсказуемы, особенно в полусонном состоянии. Открыть окно и впустить свежий воздух?
Покачал головой, глядя на них. Хитрые чертовки. Дождались, пока я усну, и забрались в постель, хотя ясно выразил отказ. Воспользовались моей слабостью и усталостью.
Пока я размышлял, взгляд упал на пол рядом с кроватью. Там лежал конверт, которого вчера точно не было. Белая бумага с золотым тиснением выделялась на тёмном ковре, словно светилась в полумраке комнаты.
Уставился на герб. Амбивера. Сука! Вот прямо сейчас? Поморщился и поднял. По-любому как-то Руднева передала. Или, может быть, через Сосулькина.
Плевать. Открыл.
Я пробежался по тексту послания, прищурив один глаз. Утренний свет, пробивающийся сквозь плотные шторы, создавал размытый ореол вокруг пергамента.
Голова всё ещё была тяжёлой после долгого сна, а тело ощущалось одновременно бодрым и каким-то чужим. В горле пересохло, словно я неделю провёл в пустыне.
«Магинский! Ни в коем случае не смей нападать на армию у твоих границ, — такими словами началось письмо. Никаких здрасте, сразу с места в карьер. Почерк был резким, уверенным, словно писавший вдавливал перо в бумагу с излишним усердием. — Ты должен отправиться в Монгольское ханство и как можно быстрее остановить войну. Сначала она коснётся тебя, а потом и нашей империи. По последним данным, монголы уже готовы отправиться в поход, численность армии — двести тысяч минимум, треть из них — маги. Делай, что хочешь, но останови. В твоих же интересах. И это не оплата долга, а просто совет».
Пальцы стиснули пергамент так, что костяшки побелели. Мышцы лица непроизвольно дёрнулись, а в голове пронеслась целая вереница мыслей о том, что эта «рекомендация» подозрительно совпадает с моими собственными планами.
— Спасибо! — фыркнул, скривив губы в подобии улыбки. — И без вас понятно…
Послание начало тлеть и рассыпаться на песчинки, источая лёгкий аромат гари. Мельчайшие искры, похожие на светлячков, вспыхивали и гасли, растворяясь в воздухе. Я отряхнул пальцы, наблюдая, как последние частицы бумаги превращаются в пепел. Кожу слегка покалывало от остаточной магии.
Посмотрел вниз. Пол холодил ступни, а руки покрылись мурашками от утренней прохлады. Почему я голый? Тело было в лёгкой испарине, словно я выходил из транса. Вот же засранки! Их работа, не иначе.
Тряхнул головой, прогоняя остатки сонливости. Хитрый князь мне «порекомендовал» то, что я и сам собирался сделать. И, судя по всему, это не мой долг за Сюсюкина. У Амбиверы осталось право требовать с меня. Хреново…
Потёр щетину на подбородке, ощущая шершавость под пальцами. Стоит привести себя в порядок перед дорогой.
Мысли крутились вокруг этой фразы про ненападение на армию императора. Особых причин и не было, но, если потребуется… Ещё эти цифры не выходили из головы. Двести тысяч, из них шестьдесят тысяч — это маги? Вот так нехилая сила. Мои земли сомнут, да чего уж там, до Томска дойдут и всё заберут себе.
В висках начала пульсировать кровь, а пальцы непроизвольно сжимались в кулаки при мысли о возможной угрозе. Пора собираться.
Потёр лицо ладоням, посмотрел на сонное царство.
— Подъём! — произнёс я.
