Не думаю, что они его слышат, но это долго не продолжается. Тому, что с пистолетом, в итоге удается сделать точный выстрел и тем самым пополнить журнал Совета еще одним выполнением. Я слышу скрип резиновых подошв, это выживший Альт убеждается в смерти другого. Затем он, спотыкаясь, уходит, став победителем этой личной битвы между Альтернативами.
Я окидываю взглядом Бэра. Размышляя, могу ли я уйти прямо сейчас, или это будет по-свински. Запах крови из ближайшего прохода такой сильный, что меня подташнивает.
- Еще многому предстоит обучиться, пока дело дойдет до оружия, - спокойно говорит Бэр, обходя кровь на полу. - Но как следует нужно обучиться одному – сводить эффективность к максимуму, а боль к минимуму – вот что важно. Вся эта история, – он показывает на книги, которые нас окружают, – этого не изменит. Изучение всей этой истории этого не изменит. Все это не нужно слушать, как чтение на ночь в полусонном состоянии, когда уже ничего не воспринимаешь.
После чего он качает головой:
- До свидания, Вест Грейер.
Мои глаза сужаются от удивления. Откуда он…
- Я взял за правило запоминать имена всех своих учеников, - говорит он, очевидно заметив мое замешательство.
- Я не ваша ученица, - снова говорю я.
- Пока нет, как ты и сказала. - Он хмурит брови, но потом говорит довольно небрежно, - но я не думаю, что администрация будет против, если потенциальная ученица захочет…предварительно осмотреть класс.
У меня от удивления открывается рот: - Я?
- Завтра, после уроков в крыле для пятикурсников. - Он уходит.
- Эй, я еще не согласилась.
Бэр оборачивается:
- И не надо. Ответ написан на твоем лице. Но если ты передумаешь, я не имею претензий.
Он делает несколько шагов, прежде чем опять остановиться:
- Сожалею о твоих братьях. Они были хорошими ребятами.
Он уходит и исчезает за углом, так же быстро, как и появился. Оставляя меня наедине с мертвым Альтом, полками со справочной литературой и новыми вопросами.
Люк. На мгновенье я сумела забыть о нем. Как будто он не умер, и ему еще предстоит выполнить назначение. Но прощальные слова Бэра бередят открытую рану, и от горя у меня опять начинает болеть живот… как бы я не старалась вычеркнуть все это из памяти.
Вооружение. Завтра.
Я медленно иду домой в опускающихся сумерках, листья вихрем кружатся вокруг лодыжек, шуршат под ногами. Лицо Люка все еще со мной, как и лицо Эм, всегда среди теней, никогда не исчезает, как бы ярко не светило солнце. Хотелось бы знать, когда же мое сердце перестанет болеть от каждого тяжелого удара? Когда же я смогу снова дышать полной грудью и перестану чувствовать себя так, будто иду ко дну?
Ученики постепенно расходятся из класса Бэра, когда я прихожу туда на следующий день после уроков. Это пятикурсники. Кроме тех, кто дружил с Люком, я никого не узнаю. Они проходят мимо, и я краем глаза разглядываю каждое лицо, гадая, как это – осознавать, что пошел обратный отсчет. Становиться все старше, все ближе к двадцати.
Из класса слышен громкий голос Бэра, призывающий всех сдать оружие перед уходом, и скрежет металла о металл.
Ожидание бесит, но еще больше бесит то, что я нервничаю. Я прячу руки в карманы, чтобы не дергать ремни рюкзака. А что, если я не похожа на своих братьев? Что, если я не настолько хороша, как говорил Люк? Что, если Бэр скажет: “Не утруждайся, и так понятно, что ты слабый Альт, это бесполезно”.
Уходят последние ученики, и я заставляю себя приблизиться к двери, только так я могу заглушить сомнения в душе.
- Значит, ты пришла, - говорит Бэр, сидя за столом.
Его вид внушает страх, как и вчера, может даже больше, ведь под ярким светом, шрамы еще более заметны. А в руках он держит меч. Почти метр отполированной стали. Еще один находится напротив него на столе.
- Возможно, Совет бы это не одобрил, - мой голос напряженный, сдавленный.
- Я проверял. В правилах ничего не сказано о мечах, - он размахивает им перед собой, словно проверяя лезвие.
- Это потому что разгуливать по улицам с мечом на боку будет разве что сумасшедший. Думаю, в Совете знают, что сейчас большинство Альтов не хотят привлекать внимание.
- Действительно. Не всякая публика оценит такое зрелище.
Совет серьезно озабочен судьбой свидетелей. Поощряется использование пистолета и меткого глаза, а не тяжелых кулаков и грубой силы. Цель - это результат, а не затягивание процесса и ненужная боль. На втором месте после пистолета - ножи или любое режущее оружие. На последнем - рукопашный бой, который хоть и может привести к летальному исходу, если все сделано правильно, но также может быть делом грязным и даже личным. Интересно, а Совет когда-нибудь задумывался, что назначение само по себе дело весьма личное?
- Ну, так что с мечами? - спрашиваю я, чувствуя себя глупо, сомневаясь, стоило ли вообще сюда приходить. Я ожидала…я и сама не знаю, чего ожидала, но не этого.
- Несмотря на свою красоту, они все же созданы для убийства. Так почему бы и не мечи? - его вид заставляет меня мгновенно принять оборонительную позу.
