– Слушай и отнесись к этому очень серьёзно. Ты человек образованный, и с тобой проще разговаривать. Постараюсь говорить короче… Начну с исторического аспекта, – он покосился на женщину, которая с удовольствием жевала пельмени. – Дело в том, что ваша империя всегда доставляла много хлопот остальному миру. И в царское время, и потом. Очень уж она большая, мощная и сильная. И если ею грамотно управлять, она сможет господствовать над всем миром! Царствовать над всеми народами! Понимаешь? А это очень опасно для всех остальных. Вот в чём дело! Пока этого не произошло, но кто может гарантировать? Вот поэтому и принято решение – уничтожить!
– Подожди, Билл! – перебил его Михаил Потапович, мрачнея и настраиваясь на серьёзный лад. – Очень знакомые слова: царствовать, управлять миром, избранность… Только исходят они от других, не от нас. Разве весь ход истории не говорит о том, что у нас нет таких планов, завоевать мир?! Царствовать над всеми народами?! И разве у нас не было такой возможности? Вспомни, как мы освободили от фашизма всю Европу, когда большая страна работала только на победу. Огромная страна превратилась в огромную сильнейшую армию! Разве мы не могли пойти дальше и завоевать мир, как ты говоришь? Но даже коммунисты не стали этого делать… Установили, конечно, в соседних странах вокруг своих границ коммунистические режимы. Надо же было как-то предохраняться… Но сражаться за мировое господство не стали. А Наполеон?! Пол мира от него освободили, вышибли отовсюду. Что? Не могли установить мировое господство? Могли! Наши войска в Европе стояли! Но не установили же! Знаешь почему? – Михаил Потапович налил себе ещё водки. – Давай, Билл, выпьем. Потом скажу…
– Я не могу, Майкл, мне нельзя!
– Это тебе виски нельзя. А водку можно! Если ты от виски в запой попадал, то от водки ничего не будет. Виски на основе ячменя делают, а водку – на пшенице. Можно, Билл! – он поднял свой стакан и чокнулся с Шулером. – Давай! За понимание исторического момента! – Шулер немного выпил. – А теперь огурчик. На, закуси огурчиком, похрусти… Это тебе не поп-корм! Упала?
– Что «упала»?
– Водочка?
– Упала… Я боюсь, что придётся к доктору Дринкеру обращаться, а мне не хотелось бы… Он стукач!
– Так вот… – продолжил Михаил Потапович, – не стали весь мир завоёвывать, потому что он нам не нужен! Не в природе русского человека над кем-то господствовать, угнетать кого-то… Зачем? У нас и так всего много! Да и Вера наша, православная, это запрещает. У нас хоть одна колония была? Это вы весь мир колонизировали: и Африку, и Азию, и Америку… Теперь хотите и до нас добраться?!
– Это всё слова, Майкл! Что бы ты не говорил, а решение принято и механизм запущен. Русские – это нация поработителей, нация, которая угнетает другие нации. И поэтому подлежит уничтожению!
– Ты путаешь, Билл! Не русская нация – коммунистический режим… Кстати, коммунизм не мы придумали. Нам его из Европы прислали в запломбированном вагоне.
– Не спорь! То, что вы нация поработителей, признано во всём мире. В Америке даже есть такой закон, принятый американским конгрессом, – Шулер опять покосился на женщину. Она доела первую порцию пельменей, опять достала бутылку и вылила остатки в стакан. Он был полон до краёв. Придвинув к себе вторую порцию пельменей, она подняла стакан. Шулер не выдержал:
– Тебе же плохо будет! – обратился он женщине с участием в голосе. – Не пей больше!
– Плохо будет тебе, – грозно парировала ему женщина, – если я встану! Комуняка паршивый!
– Почему я коммуняка? Почему она так сказала?
– Ты, Билл, очень похож на секретаря райкома партии или на директора завода. Вот она так и сказала… Ты, Билл, американец? Это американский План?
– Да, я американец, но План демократизации России не американский.
– Странно, – задумался Михаил Потапович, – сегодня только Америка претендует на мировое господство. Так чей же тогда План? Кто хозяева?
– Хозяева, которые меня наняли и руководят всеми моими действиями, не американцы. Нельзя их так назвать. И не Президенты! – Шулер ухмыльнулся. – Смешно. Кто такие Президенты? Мелкое жульё, вруны и воры, назначенцы-временщики… Что у вас, что у нас… Мои хозяева, Майкл, это очень серьёзные люди! Это самые богатые люди на этой планете. Они тут хозяева, и вправе решать, кому тут жить, а кому умирать! Их слово последнее. Это избранные люди, Майкл!
– Надо за них выпить, Билл! – выпалил Михаил Потапович, наливая уже по третьей. – Дай Бог им здоровья!
– Нет, нет! – стал отказываться слегка захмелевший Шулер. – Я не буду больше пить!
– Ты, Билл, отказываешься выпить за здоровье своих хозяев? Ведь помрут, ты же в дураках останешься!
– Я не хочу остаться в дураках. Давай тогда выпьем!
Они выпили, закусили. Михаил Потапович продолжил разговор:
