– В целом, мне всё это понятно. Вы не первые. Уничтожали нас уже не один раз, только почему-то мы никак не погибнем. Значит, есть План уничтожения, вы тут купили всё начальство, и ты, как главный, руководишь этим уничтожением. Но я-то тебе зачем нужен? Я понимаю, что алкаша-Борьку надо периодически заменять, у него, если не запой, так больница. Но зачем ты мне всё остальное-то рассказал: про План, про уничтожение России. Я бы и без этой информации работал. Ты не боишься, что я пойду завтра на телевидение и расскажу всё про ваш План. Вот крику-то будет!
– Не будет! Все и так прекрасно понимают, что идёт уничтожение страны. Такими методами, как наши, страну не поднимают. Так что, никто не удивится. Сейчас и не такое болтают. Зачем я тебе это всё рассказал, пока не скажу, придёт время. Мне важно услышать, что ты будешь на меня работать. Зарплату я тебе увеличу в два раза. Когда начнутся серьёзные дела, сядешь на процент. Это, Майкл, очень большие деньги! Не то, что внуков, на тысячу лет вперёд всех своих потомков обеспечишь!..
– Какие такие серьёзные дела, Билл? Уж не людей ли расстреливать? Кстати, эти твои хозяева… Ты говоришь, избранные люди. А кто их избрал-то? У меня тут сомненьице закралось… Не Бог ли? Может это Богоизбранные люди? Уж больно тезисы знакомые!
– Я хочу выпить ещё! – выпалил Шулер. – Сегодня больше о работе говорить не хочу. Будем есть пельмени, петь…
– У нас и не осталось ничего… – Михаил Потапович посмотрел на пустой стол, – ничего, сейчас организуем. С моей зарплатой в пельменной жить можно!
Он пошёл к стойке, набрал ещё закуски, пельменей, пошептался с бабушкой, которая убирала посуду. Когда вернулся с полным подносом, Шулера за столом не было, остался только портфель, одиноко лежащий на стуле. Но уже через минуту Шулер появился, слегка покачиваясь, и с расстёгнутой ширинкой.
– Даю тебе три дня отпуска, Майкл! Будешь думать! Потом придёшь ко мне и скажешь: «да!» Ты меня понял? Не то я тебя, панимайшь, на рельсы положу! – он засмеялся. – Давай выпьем за наших хозяев, Потапов сын! Давай! Где водка? Где этот божественный напиток? Я теперь понимаю Борьку-алкаша! – Шулер на секунду задумался. – Не будет без водки демократии?
– Не будет!
– Вот за это и выпьем!
Не прошло и получаса, как Михаилу Потаповичу пришлось идти к заведующей пельменной и просить позвонить. Поскольку он ещё не знал, как вызывать машину, пришлось звонить Секретарю:
– Филат Сергеевич, добрый вечер! Это Михаил Потапович говорит… Как бы мне для доктора Шулера машину заказать? Он свою отпустил после заседания правительства, мы пешком пошли в Кремль… Решили прогуляться… Зашли в пельменную перекусить, выпили немного… Боюсь, пешком он до Кремля уже не дойдёт!..
По голосу Секретаря чувствовалось, что он не совсем понял, что происходит, но машину прислал. Шулера, который активно сопротивлялся и требовал ещё пельменей, погрузили в машину. Михаил Потапович подумал и поехал к Карпычу. «Надо же, как его развезло! – думал он. – Пил-то в основном я, он и стакана не выпил…».
Пока Шулер в пельменной вербовал Михаила Потаповича, не терял времени даром и Секретарь. Приехав на заседание правительства к самому его окончанию, и узнав, что Шулер уже уехал, он оставил особо приближенных членов правительства на разговор. Удалившись в маленькую уютную комнату для переговоров, в которой точно не было прослушивающих устройств, Секретарь начал своё совещание. Напротив него сидел фёст-министр со своими замами.
– Вот что, ребята! – начал Филат Сергеевич. – Нам надо срочно разработать какой-то свой План. Боюсь, как бы не кинули нас. Что-то вокруг Папы стало крутиться очень много народа.
– Ты, Филь, имеешь в виду Верховный совет? – озабоченно поинтересовался Рыжпейс. – Как бы они не взяли власть в свои руки.
– Не, Толян, за это я не беспокоюсь… Планом предусмотрены мы, а не они. Мы должны страну попилить, а не они. Шулер этого никогда не допустит. Если они сами не уйдут, перестреляют их, как куропаток… Я про другое! Как только мы начали приватизацию, сразу к Папе слетелось вороньё: родственники, дочка эта, Краказябла, всё время каких-то подозрительных личностей к нему водит, охранник его тоже… Даже спортсмены стали появляться, ракетку для тенниса подарили. А какой ему спорт, если только литрбол?! Боюсь я, что в итоге нас кинут!
– По-моему, хрю, хрю, ты зря беспокоишься, – сказал Хайдар, причмокивая. – Шулер этого не допустит. Чмок!
– Жора! – капризным голосом вставил Секретарь. – Хватит чмокать. Тут такой серьёзный вопрос, а ты хрюкаешь, с мысли сбиваешь…
– Что я виноват? – обиделся Швайник. – У меня так носоглотка устроена… Может, я сам от этого страдаю. Зато я гениальный экономист!
