– А каких же утвердили? – поинтересовался Рыжпейс. – Не ихних же. Ихних пока нельзя. Будет очень странно, если мы приватизацию будем оформлять на какого-то мистера Дауна. Пусть теперь Шулер нас боится.
– Она у тебя и так какая-то странная. Приватизация! – сказал Секретарь. – И без мистера Дауна. Даже странно, что народ не возмущается. А почему Шулер должен нас бояться?
– Кто ему бабки будет носить – долю от приватизации? Не сам же он будет с олигархов бабки собирать! Мы! Теперь он от нас зависит.
– Точно! – закричал Секретарь, – Точно, Толян! Он боится, что мы его с деньгами кинем! А я думаю, что он в этого двойника так вцепился? Как его, медведя? В Михаила Потаповича.
– А при чём тут двойник? – удивился Хайдар, чмокнув.
– Смотрите, у Шулера две задачи: первая и главная – это развалить страну в соответствии с Планом. Не выполнит – ему башку отвернут; вторая – бабла попутно накосить. Что у него на сегодня? С Папой он не дружит, всё время конфликты.
– Папа ни с кем не дружит! – заявил Бурдалис. – Он только водку хлещет да выпендривается.
– Ошибаешься, Гена. Он любит свою доченьку змею. Что она к нему повадилась? А очень просто: деньгами запахло… Водит всё время каких-то людей, бумаги подписывает… Вот и получается у Шулера: с двух сторон непонятки… Змеюка эта может ему сейчас карты спутать, папаша ведь ей что хочешь подпишет… А с другой стороны, мы можем кинуть с баблом… Вот он за двойника и зацепился!..
– Подумаешь… – возразил Рыжпейс, – что может сделать двойник?
– Правильно Хайдар говорит!.. Дурак ты всё-таки…
Все вопросительно посмотрели на Секретаря, не понимая хода его мыслей.
– Что может сделать двойник? Он может стать Президентом! Вот что!
Члены Правительства окаменели. Они и не думали о таком развитии событий. Действительно, Папа после запоев всё время валялся в больнице, и уговорить его бросить пить было невозможно. С таким больным сердцем, если его устранить, даже у родственников не возникнет подозрений. А дальше будет рулить подконтрольный Шулеру Михаил Потапович.
– Точно! – выпалили все в один голос.
– Как бы перекупить этого двойника? – задумался Бурдалис. – Может предложить ему процент от приватизации?! Маленький… – добавил он, почувствовав на себе недобрые взгляды сослуживцев по правительству.
– За что? – опять по боевому зачмокал Швайник. – За что ему процент? Надо подкупить, но денег жалко! Лучше запугать!
– Действительно, Генка, за что? – проявил редкое единодушие со Швайником Рыжпейс. – Мы работаем, ночей не спим, приватизируем!.. А он что сделал? За что процент-то? Тем более что платить придётся из нашего кармана – Шулер не подвинется!
– Что вы опять разорались?! – одёрнул их Секретарь. – Никто процент и не просит. Он очень дремучий мужик, я думаю, что про процент не только не знает, даже не представляет, что такое может быть… Нужно просто платить ему хорошую зарплату от нас, демократов-патриотов.
– А сколько ему Шулер положил?
– Три тысячи долларов в месяц… Но он без работы сидел да ещё в Сибири. В такой ситуации на любые деньги согласишься…
– По-моему, – засомневался Хайдар, – это очень мало… Давайте перебьём Шулера и сделаем ему зарплату в триста тысяч.
– Не знаю!.. – ответил Секретарь. – В сто раз?! А что мы тогда Шулеру скажем? – он задумался. – А кто знает, – он оглядел собравшихся, – большая это зарплата, или нет?
Руководство правительства глубокомысленно задумалось. Все потупили глаза. Воцарилось молчание.
– Ну, давайте посчитаем хоть приблизительно… Сколько сейчас хлеб стоит?
– Сто баксов буханка! – сразу сообразил Швайник.
Секретарь посмотрел на него с сомнением:
– Что-то дороговато… Ты это точно знаешь? Я думаю дешевле… Не дороже пятидесяти…
– Точно знаю, сколько стоит хороший коньяк! – вставил Рыжпейс. – Недавно в Нью-Йорке в ресторане видел, когда ездил за инструкциями: полторы тысячи и выше…
– Хорошо… – сказал Секретарь, подсчитывая в уме, – значит сейчас на свою зарплату он может купить две бутылки хорошего коньяка или шестьдесят буханок хлеба. Мало… Если его зарплату увеличить в сто раз, получится: двести бутылок коньяка… Это очень много… Сопьётся. Значит, надо увеличить в десять раз: двадцать бутылок коньяка. Зарплата в самый раз! – он посмотрел на руководителей правительства:
– Может, у жён спросить? Они-то должны знать, какие сейчас зарплаты. Они же на рынок ходят.
– Твоя жена на рынок ходит? – удивлённо прочмокал Хайдар. – Сомневаюсь я… Моя когда-то ходила… Но уже давно этим не занимается, для этого есть слуги: продукты привозят, готовит повар, убирает горничная… Откуда ей знать?
– А у тебя-то какая зарплата?
– А я знаю? Забыл, когда последний раз её получал… А у тебя?
– Я тоже давно не получал, – признался Секретарь. – ладно, пусть будет зарплата – двадцать бутылок коньяка. А если Шулер узнает? Сразу заподозрит, что мы решили его купить. Это нежелательно… – он посмотрел на Бурдалиса, – а ты, старый интриган, как думаешь?
