Когда она проходила мимо него, Несте показалось, что Кассиан затаил дыхание. Она была так близко к нему, что одно движение ее локтя ударило бы его в живот.
— Я с нетерпением жду возможности насладиться твоим молчанием, — сказала она ему приглушенным голосом.
Не в силах скрыть ухмылку, она направилась к двери. Но кто-то схватил ее за руку и остановил.
Глаза Кассиана блестели, красный сифон светился на тыльной стороне руки, которой он держал ее. Саркастическая, злобная улыбка искривила его губы.
— Рад видеть, что ты проснулась и готова поиграть, Неста. — Его голос был не более чем мрачным ропотом.
Сердце Несты бешено забилось от этого голоса, от вызывающего взгляда в его глазах, от его близости и размера. Ей никогда не удавалось избегать его. Однажды она даже позволила ему потереться о нее и лизнуть в шею.
Она позволила ему поцеловать себя во время последней битвы. Это был всего лишь поцелуй, все, что он мог сделать, учитывая его раны, но это потрясло ее до глубины души.
Неста вспоминала эти моменты чаще, чем ей хотелось бы признаться. Давление его пальцев, когда он обхватил ее лицо, то, как его губы касались и пробовали ее на вкус, пропитанные кровью, но все еще сладкие.
Она не могла этого вынести.
Кассиан казался бесстрастным, хотя и ослабил хватку на ее руке.
Она заставила себя взять себя в руки. Она заставила свою бурлящую кровь превратиться в лед.
Он снова удивленно прищурился, но отпустил ее.
— У тебя есть пять минут, прежде чем мы уйдем.
Несте удалось вырваться.
— Бастард.
Кассиан согласился.
— Таким родился и вырос.
Она сделала еще один шаг. Если она откажется покинуть Дом, Морриган, Кассиан или Рис просто силой отправят ее в Пристанище Ветра. И если бы она отказалась делать то, что они хотели, они бы без раздумий бросили ее в земли людей. Эта мысль заставила ее напрячься.
— Никогда больше не прикасайся ко мне.
— Принято к сведению. — Глаза Кассиана снова сверкнули.
Неста снова сжала руки в кулаки. И выбирала слова, острые, как острые лезвия.
— Если ты думаешь, что вся эта ерунда с тренировками-способ затащить тебя в мою постель, то глубоко ошибаешься. Я бы предпочла иметь в нем бродячую собаку, — добавила она с полуулыбкой.
— О, я не собираюсь ложиться в твою постель.
Неста усмехнулась, довольная этой маленькой победой, и уже почти добралась до лестницы, когда он крикнул ей вслед:
— Скорее ты прибежишь в мою.
Неста резко повернулась.
— Я лучше сгнию в аду.
Кассиан одарил ее насмешливой ухмылкой.
— Это мы еще посмотрим.
Пока она искала новые резкие, оскорбительные или насмешливые слова, улыбка Кассиана продолжала расти.
— У тебя осталось всего три минуты, чтобы собраться.
Неста подумала о том, чтобы швырнуть в него самую удобную вещь-вазу, стоящую на маленьком постаменте у двери. Но она не хотела доставлять ему удовольствие и признаваться, что ей было больно от того, что он сказал ей.
Поэтому она просто пожала плечами и вышла за дверь. Очень медленно. Притворяясь, что ее не беспокоит его медленная походка позади нее.
Конечно, она заберется к нему в постель.
Эти брюки убили его.
Полностью, жестоко.
Кассиан не забыл зрелища, Неста в иллирийской военной форме. Но по сравнению с простыми воспоминаниями… Святая матерь.
Он потерял дар речи, забыл все языки, которые знал, при виде Несты, идущей впереди него, выпрямив спину и не торопясь, как любая знатная женщина, управляющая своим домом.
Он прекрасно сознавал, что позволил ей победить в этом противостоянии; он потерял руку в тот момент, когда она слегка пожала плечами и вышла в коридор, не заботясь о том, что она ему предлагает. И это стерло все мысли, кроме простого первобытного инстинкта.
Ему потребовались все три минуты, которые она провела внизу, чтобы прийти в себя. Мать знала, что у него в этот день много дел, тренировка с Нестой и все остальное, но не позволил себе даже мысли о том, чтобы стянуть с нее брюки и завоевать каждый дюйм этой эффектной попки.
Он не мог позволить себе такие развлечения. По крайней мере, по миллиону причин.
Черт побери, когда он в последний раз хорошо проводил время в постели? Уж точно не с конца войны. Возможно, с тех пор, как Фейра освободила их всех от натиска Амаранты. Котел вскипяти его, это произошло до того, как Амаранта пала. С той женщиной, которую он встретил у Риты. В переулке за домом удовольствий. У кирпичной стены. Все произошло быстро и беспорядочно, все закончилось за несколько минут, ни он, ни женщина не хотели ничего, кроме секса на одну ночь.
Прошло два года. С тех пор ему приходилось обходиться собственными руками.
