Неста повернулась к нему с легкой понимающей улыбкой.
— Магия.
Она могла бы поклясться, что Кассиан обратился с молитвой к Матери, прежде чем вмешаться.
— Я хочу напомнить тебе, Дэвлон, что Неста-сестра нашей Высшей Леди, и к ней нужно относиться с уважением. — Это прозвучало достаточно резко, от чего даже Неста повернулась, чтобы посмотреть на каменное лицо Кассиана. Она не слышала такого повелительного тона со времен войны. — Она приехала сюда тренироваться.
Несте хотелось сбросить его со скалы.
Дэвлон застыл.
— Любое оружие, к которому она прикоснется, должно быть выброшено. Оставьте их в стороне.
Неста была озадачена.
— Мы этого не сделаем, — яростно сказал Кассиан.
Дэвлон принюхался, его друзья тихо рассмеялись.
— У тебя кровь идет, ведьма? Если это так, то тебе не будет позволено прикасаться ни к какому оружию.
Неста молчала, думая. Обдумывая, что было бы лучшим ответом, чтобы сбить этого тщеславного человека с колышка или двух.
— Это не более чем устаревшие суеверия. Она может прикоснуться к оружию, независимо от того, есть у нее цикл или нет, — ответил Кассиан со значительной твердостью.
— Согласен, — согласился Дэвлон, — но оружие все равно будет запрещено.
Наступила тишина. Неста заметила, что лицо Кассиана потемнело, пока он смотрел на Дэвлона.
— Как поживают новобранцы? — неожиданно спросил он.
Дэвлон открыл было рот, чтобы ответить, но тут же закрыл его, раздраженный отсутствием конфронтации.
— Отлично, — прошипел он, уходя вместе с солдатами.
Выражение лица Кассиана становилось все напряженнее с каждым вздохом, и Неста напряглась, трепет возбуждения нарастал в ее крови при мысли о том, что он нападет на Дэвлона.
— Пошли, — просто сказал Кассиан, направляясь к пустой тренировочной площадке. Взгляд Иллирийца задержался на спине Несты, как огненное клеймо.
Кассиан, однако, не стал пробираться к одному из стеллажей с оружием, разбросанных по всей площади. Он остановился на самой дальней тренировочной площадке и стоял там, уперев руки в бока, ожидая Несту.
Но она не собиралась присоединяться к нему. Она изучала выветренный камень рядом с одной из стоек, который стал очень гладким то ли от непогоды, то ли от бесчисленного количества воинов, сидевших на нем, как и она в этот момент. Ледяной воздух впивался в кожу, несмотря на очень плотную униформу.
— Что ты делаешь? — Выражение красивого лица Кассиана напоминало хищника.
Неста села и скрестила ноги на уровне лодыжек и поправила край плаща, как шлейф платья.
— Я уже сказала тебе: я не занимаюсь никакими тренировками.
— Вставай, — Он никогда не отдавал ей подобных приказов.
Неста встретилась взглядом с Кассианом. Он хотел казаться отстраненным, спокойным.
— Формально я участвую в тренировке, но ты ни черта не можешь заставить меня сделать. — И она указала рукой на грязь вокруг. — Тащи меня туда, если хочешь, но я и пальцем не пошевелю.
Взгляды Иллирийцев обрушились на них, как камни. Кассиан был в ярости.
Очень хорошо. Она собиралась показать ему, в какую развалину превратилась, в какое ничтожество.
— Черт возьми, вставай, — Его голос был не более чем низким рычанием.
Дэвлон и его группа вернулись, привлеченные этой схваткой, и собрались по периметру тренировочной дорожки. Однако карие глаза Кассиана не отрывались от нее.
И в них слышалась легкая мольба.
Но ее тело отказывалось двигаться. Она поставила себе границу, которую нельзя переступать, и уступать… ему… кому бы то ни было еще, невозможно…
Что-то похожее на отвращение отразилось на лице Кассиана. Разочарование. Гнев.
Хорошо. Хотя что-то внутри Несты подсказывало ей, что все не так, она не могла скрыть своего облегчения.
Кассиан отвернулся от нее, вытащил меч, который держал за спиной, и, не говоря ни слова, даже не глядя на нее, начал свою утреннюю зарядку.
Пусть он ее ненавидит. Это к лучшему.
Глава 6
Каждый шаг и каждое движение Кассиана были прекрасны, точны и смертоносны, и Несте ничего не оставалось, как сидеть и смотреть на него.
Она не могла отвести от него глаз. С того момента, как они встретились, у нее появилось особое ощущение его присутствия в любом пространстве, в любой комнате. Она никогда не могла остановить себя, отгородиться от этого чувства, хотя всегда старалась сделать вид, что это так.
