Клото указала за спину Несты, указывая скрюченным пальцем на дверной проем. Нет, на колонну.
И это была не печаль, исходившая от жрицы, а что-то вроде жужжащего возбуждения. Что-то, что заставило Несту развернуться на каблуках и шагнуть к колонне.
На листке было нацарапано имя.
Одно имя, жирными буквами. Одно имя, готовое к завтрашнему уроку.
ГВИН
ЧАСТЬ ВТОРАЯ.
КЛИНОК.
Глава 25
— Перестань нервничать, — пробормотал Кассиан уголком рта.
— Я не нервничаю, — пробормотала Неста в ответ, даже когда она подпрыгнула на носках, стараясь не смотреть на открытую арку, когда стрелки часов доходили девять.
— Просто расслабься, — Он поправил пиджак.
— Это ты ерзаешь, — прошипела она.
— Потому что ты заставляешь меня нервничать.
Шаги за аркой заскрипели по камню, и дыхание Несты вырвалось из нее волной, которую она не осознавала, что сдерживает, когда появились медно-каштановые волосы Гвин. В солнечном свете цвет ее волос был необыкновенным, пряди золота сверкали, а ее бирюзовые глаза почти идеально сочетались с камнями, которые носили другие жрицы.
Гвин увидел, что они стоят в центре ринга, и резко остановился.
Острый привкус страха заставил Несту приблизиться.
— Привет.
Руки Гвин дрожали, когда она сделала еще один шаг на ринг и посмотрела в открытую чашу неба.
Впервые за много лет она оказалась снаружи — по-настоящему снаружи.
Кассиан, к его чести, подошел к стойке с деревянным учебным оружием, которое, как он утверждал, они не будут использовать в течение нескольких месяцев, и притворился, что поправляет его.
Гвин сглотнула.
— Я… я поняла по дороге сюда, что у меня нет подходящей одежды. — Она указала на свои светлые одежды. — Я подозреваю, что они не будут идеальными, — сказал Кассиан, не оборачиваясь. — Я могу научить тебя в мантии, если хочешь. В чем наиболее комфортно.
Гвин натянуто улыбнулась ему.
— Я посмотрю, как пройдет сегодняшний урок, а потом решу. Мы носим мантии в основном по традиции, а не по строгим правилам. — Она снова встретилась взглядом с Нестой и улыбнулась. — Я забыла, каково это, когда солнце светит мне прямо в голову. — Она снова посмотрела вверх. — Простите меня, если я проведу некоторое время, таращась на небо.
— Конечно, — сказала Неста. Она не встретила Гвин вчера после того, как увидела, что та записалась на утренний урок, но она почти боялась — боялась, что одно случайно произнесенное кислое замечание заставит Гвин передумать.
Слова застряли в горле Несты, но Кассиан, казалось, предвидел это.
— Все в порядке. Больше никакой болтовни. Нес, покажи нашему новому другу… Гвин, да? Я Кассиан. Нес, покажи ей свои ноги.
— Ноги? — Медные брови Гвин поднялись вверх.
Неста закатила глаза.
— Вот увидишь.
***
Гвин лучше, чем Неста, усвоила концепцию держаться на земле ногами и, конечно же, не испытывала проблем с переносом веса на правое бедро и другими вещами, которые Неста исправляла в течение трех недель. Даже с одеждой было ясно, что Гвин была гибкой и худощавой, привыкшей к небрежной грации фэйри, которой Неста только училась.
Она ожидала, что ей придется уговаривать подругу, но как только Гвин преодолела первоначальную тревогу, она стала добровольным участником и веселым компаньоном. Жрица смеялась над собственными ошибками и не сердилась на исправления Кассиана.
К концу урока, однако, халат Гвин был влажным от пота, завитки волос вились вокруг ее раскрасневшегося лица. Кассиан приказал им выпить немного воды, прежде чем они остынут.
Когда Гвин налила себе бокал, она сказала:
— В храме в Сангравахе, у нас было множество упражнений, которые мы должны были выполнять на восходе солнца. Не ради боевой подготовки, а для успокоения ума. После них мы тоже остывали, хотя и называли их приземлениями. Эти движения в некотором смысле выводили нас из наших тел. Давали нам общаться с Матерью. Земля возвращала нас в настоящий мир.
— Тогда зачем ты на это подписалась? — Неста выпила стакан, который протянула ей Гвин. — Если у тебя уже есть привычные упражнения для успокоения ума?
— Потому что я больше никогда не хочу чувствовать себя беспомощной, — тихо сказала Гвин, и все эти легкие улыбки и веселый смех исчезли. Только суровая, болезненная честность светилась в ее замечательных глазах.
Неста сглотнула, и хотя инстинкт подсказывал ей отстраниться, она тихо сказала:
— Я тоже.
***
Колокольчик над дверью магазина зазвенел, когда вошла Неста, стряхивая снежинки, прилипшие к плечам ее плаща. Кассиану нужно было подняться в Иллирийские горы после их второго урока с Гвин, и, к ее удивлению, он попросил Несту присоединиться к нему. Он уже договорился с Клото, что она на несколько часов опоздает на работу в библиотеку. Он не объяснил почему, кроме небрежного замечания о том, чтобы вывести ее из дома на свежий воздух.
