— Помните о погоде, — донесся до нее голос доктора. — Не заезжайте слишком далеко.
Они пронеслись по узкой тропинке и углубились в лесной сумрак. Элен показалось, что она увидела, как среди ветвей мелькнула белка, но кроме нее девушка не заметила ни птиц, ни зверей. Она оказалось в мрачном, пропитанном влагой мире. Даже стук копыт их коней был приглушен покрывавшей землю мокрой листвой. Время от времени Элен задевала лицом еловые ветви, и капли воды, срывавшиеся с них, сбегали по шее, отчего девушка невольно начинала дрожать. Генри молча ехал впереди. Казалось, он весь напряжен и погружен в свои мысли, но когда она не без волнения спросила, куда они направляются, он повернулся к девушке с теплой улыбкой:
— Впереди, там, где кончаются деревья, должен быть горный хребет. Доберемся до него, осмотримся. Потом поедем по насыпи у склона утеса. На вершине утеса растет лес, а в лесу — даосский храм.
— Мне надоели храмы. Я просто хочу быть с тобой, — сказала она.
— А я — с тобой, — прошептал Генри.
— Ты все утро просидел, уткнувшись в книгу, и не обращал на меня внимания, — произнесла Элен.
— Я искал отрывок, который когда-то учил в школе.
— Что же нам делать, Генри?
Он поднял взгляд на деревья, верхушки которых дрожали от порывов набирающего силу ветра.
— Для начала найдем укрытие, — ответил он. — Сама видишь, как стемнело. Будто ночь. Думаю, надвигается буря. Лучше нам убраться подальше от деревьев. Пока не стали бить молнии. Храм где-то поблизости. Поехали.
Он погнал лошадь вперед. Теперь они ехали быстрее, однако порой было сложно определить, которая из бегущих среди деревьев тропинок им подходит, поэтому время от времени Лао Чжао и Генри останавливались на развилках и принимались обсуждать, какой дорогой им лучше ехать. Вскоре вдалеке они услышали раскаты грома, и тут же вслед за ним с небес, шелестя о деревья, стали падать редкие, но крупные капли дождя.
— Боюсь, мы попали в шторм, — произнес Генри. — Слушай, мы двигаемся в правильном направлении, езжай вперед, и лес скоро кончится. Гони что есть силы. За мной.
Сломя голову они пустились вскачь, кругом стояла тьма, с небес, нещадно хлеща Элен по щекам, лил дождь, но девушка не обращала на него внимания, сосредоточившись на Генри, боясь упустить его из виду. Меннерс умело правил лошадью среди деревьев, однако просвет все никак не появлялся. Заметив, что лес стал еще гуще, Генри перешел с галопа на шаг. Дождь шел стеной, ухудшая и без того плохую видимость. Элен почувствовала, что ее твидовый капюшон целиком залит водой, и поняла, что в скором времени даже толстая материя не защитит ее от вездесущей влаги. Звуки грома приближались, еще более нагнетая и без того мрачную атмосферу.
— Мы заблудились, — донесся до нее голос Генри, старавшегося перекричать гром и шум дождя. — Одна надежда… Наверх… Возвращаться — слишком далеко.
Девушка оглянулась, убедившись, что Лао Чжао все еще с ними. Она едва различала в темноте черты его лица и скорее почувствовала, как он ободряюще ей улыбнулся. В этот момент лес осветила вспышка ослепительно белого света, за которой в кромешной тьме последовал оглушительный удар грома. Лошадь Элен заржала и взбрыкнула. Вновь мелькнула вспышка, и девушка увидела, как Генри, жестикулируя, показывает рукой вперед, его лицо исказилось от крика, которого Элен не слышала из-за канонады грома. Она ударила пятками в бока напуганной лошади и через считанные мгновения вылетела из леса в черное ничто. Воющий ветер нещадно терзал лошадь и ее всадницу. Элен почувствовала, как поводья перехватила крепкая рука, и услышала голос Генри:
— Держись середины. Держись середины. Впереди утес. К нему. Осторожней. По обеим сторонам обрывы.
