Время спрессовалось в представлении Тыгрынкээва - дня два, а то и три, пролетели, как несколько мгновений к моменту, когда он снова вернулся в тело Эургына. Стоял Эургын на вершине сопки, в тундру глядел. И там же стояли еще восемь мужчин - крепкие, сильные. По глазам видно - бывалые воины.
- Нанкачгат! - сказал Эургын, - раз Якунин за тобой гонится, пусть дальше и гонится. Веди его к реке. Я же со своим войском за сопками ляжем, мхом накроемся. Когда русские мимо нас пройдут, мы встанем и в спину им ударим.
Пожилой, уже начавший седеть, мужчина согласно кивнул.
- Хорошо, Эурген, - сказал, - будет, как ты говоришь. Перед тем, как напасть соберетесь, кричите, как гагары: Йок! Йок! Тогда мы остановимся и нападем на русских спереди. А вы - сзади.
- О! - теперь кивнул Эурген, - хорошо! Пойдем теперь.
И Нанкачгат со своими людьми дальше табуны погнал, а Эурген повелел мужчинам у камня собраться, а сам начал к бою готовиться. Наручи из китовой кости надел, чтобы руки от тетивы защитить, куяк железный на грудь одел, а остальной доспех не стал одевать. Пусть видят все: не собирается тойон от врага убегать, незачем ему спину прикрывать. Вышел к камню, оглядел мужчин. Двести человек воинов, половина в доспехах: большое у тойона войско, большое и сильное.
- Слушайте меня, - крикнул Эурген, - Нанкачгат прямо к реке пошел, а мы за сопки пойдем. Спрячемся и мхом накроемся, чтобы русские, мимо проходя, нас не заметили. Как крик гагары услышите, вставайте и на них нападайте! Щиты не одевайте, доспехи тяжелые не одевайте - русские ружьями стреляют, от них доспехи не защитят. Поначалу к ним быстро не бегите, кричите и руками машите, чтобы русские испугались и из ружей стреляли. Как все выстрелят - бегите к ним быстро, ружье медленно стреляет, второй раз не успеют. Якунина поймайте: он много людей худо убил, пусть хоть немного его пожарим на огне!
Загудели-заворчали мужчины одобрительно, разошлись к нартам. Эурген сел в свои нарты, повел оленей левее следа, Нанкачгатом оставленного. Заехало войско Эургена за сопки, спешилось. Повел Эурген мужчин к склону сопки, сам лег, ямку выкопал, мхом накрылся, и воины его то же сделали.
Из-за дальних сопок показались русские - ехали все на больших нартах, запряженные которые двумя, которые четырьмя, а которые и большим количеством оленей. Все на нартах сидели, рядом никто не бежал - то ли силы берегли, то ли ленились. Нартами однако ж, управляли не русские - юкагиры, похоже. Нарты проезжали мимо затаившего дыхание молодого тойона, а он смотрел на них сквозь щелочку и считал воинов. Железные доспехи русских больно сверкали на солнце, а большие глаза их смотрели так, что казалась смешной сама мысль спрятать что-либо от их взора.
Наконец, последняя нарта прошла мимо.
- Йок! Йок! - закричал, вскакивая, Эурген, и все чоучи подхватили, - Йок, йок!
У русских возникло замешательство, с которым они, впрочем, скоро справились. Солдаты поспрыгивали с нарт и построились, нацелив ружья. Эурген, пригнувшись к земле и выставив лук, ждал. Многие чоучи то ли не услышали призыв тойона, то ли не прислушались к нему и сразу бросились в бой, размахивая копьями. За что и поплатились: грянул ружейный залп и многие упали, обливаясь кровью. Некоторые же, первый раз услышавшие ружейные выстрелы, развернулись и бросились бежать. Вслед ним прозвучало вразнобой еще несколько выстрелов.
- Го! Го! - закричал во всё горло Эурген, вскакивая и бросаясь навстречу русским. Остановился, выпустил стрелу - попал: усатый страшнолицый таньг выронил ружье, захрипел, и, схватившись за пробитое стрелой горло, упал.
- Го! Го! - подбодренные первым успехом чоучи кинулись на врага. Некоторые, следуя примеру Эургена, стреляли из луков, но без особого успеха - железные кольчуги хорошо защищали русских воинов, а стрелять в глаз или шею научены были немногие. В войске Эургена большинство было из оседлых чоучей, а стреляли из лука они, не в пример кочевым, плохо. Зато на копьях сражались хорошо. Сам-то Эурген с двадцати шагов евражке в глаз попадал.
Русские и в ближнем бою были опасными противниками - отлично управляясь своими длинными копьями и страшными ножами, они начали теснить Эургена с его войском, но тут из-за их спин раздались крики и послышался звон оружия. То был Нанкачгат со своей частью войска. Натиск русских ослаб. Эурген убил копьем наседавшего на него высокого черноусого русского и поймал за рукав кухлянки пробегающего мимо родича.
- Бежишь, Энейву?
Искаженное страхом лицо обернулось к Эургену.
- Там Якунин! Весь железный - ноги железные, руки железные, голова железная. Я его копьем ударил - копье сломал, ножом ударил - он мне его из руки выбил. Не справиться с ним человеку!
- Не справиться? - Эурген посмотрел поверх голов сражающихся и увидел Якунина. Страшен был русский тойон, на голову выше любого чоуча. Громко рычал он, скаля крупные зубы и бил чоучей залитым кровью длинным ножом.
