Гермиона протянула Тому дневник, давая понять, что он может ей доверять, и она не воспользуется ситуацией против него.
– Пока только раз, и если ты внимательно прочитал книгу, то мы можем вернуть твою душу, это опасно, но это возможно. Ты вовремя решил остановиться, – сказала она, пытаясь незаметно стереть слезинку, что побежала по её щеке.
Том взял дневник, смотря на него, а в сознании пульсировало всё, что она показала ему. Нет, он не хотел такой славы, он не хотел стать тем монстром.
– Да, читал, но эта часть, меня мало интересовала, – ответил Том.
Сейчас ему необходимо было принять решение. И он принял его. Рука слизеринца коснулась её щеки, вновь ощущая бархатистую кожу. Такое простое прикосновение, но он понял, как ему этого не хватало. Он притянул Гермиону к себе, зажмурив глаза и касаясь губами её макушки.
– Как можно полюбить такого как я? – глухо спросил он, искренне не понимая.
– Мы не можем уйти от судьбы. Я попала сюда с ненавистью, а нашла любовь. И я хочу остаться с тобой, – ответила Гермиона, поднимая на парня взгляд.
Том заглянул в её глаза, не удержавшись и отчаянно целуя её в губы. Это прикосновение, словно вливало в него жизнь. Он жадно целовал её, не в силах больше убеждать себя, что она ему не нужна. Нужна. И кулон, что висел на его шее, согревал. Даже в момент их раскола, он его не снял, оставляя последний шанс. Руки Тома скользили по спине Гермионы, лаская. Он тонул в её близости и тепле, оживая. Гермиона встретила его поцелуй с тихим стоном, позволяя их губам встретиться. Всё плохое вмиг стёрлось, оставляя только эйфорическое счастье. И пусть Том не ответил на её признание, она ощущала, что их чувства взаимны. А главное он доверился ей, и позволил ей остаться с ним.
* * *
Казалось, они не могли дождаться, пока наступит утро. Каждый ждал его в своей гостиной, но было ощущение, что они и не расставались. И вместо первой лекции они оба стояли в кабинете профессора Дамблдора. Про крестраж Гермиона решила промолчать, профессор, конечно, обещал помочь, но его реакция на столь тёмное деяние была Гермионе не известна, а рисковать она явно не собиралась.
– Профессор, как я уже говорила, я хочу вас попросить помочь заключить Непреложный обет, – произнесла Гермиона, смотря на Дамблдора.
Он, как и всегда был очень спокоен и сидя за своим столом, внимательно смотрел на своих обоих учеников. Его взгляд был очень пронзительным, и складывалось впечатление, что он смотрит с самую душу.
– Ваши мотивы, Гермиона, мне понятны ещё с прошлого нашего разговора, – ответил Альбус, а потом перевёл взгляд на слизеринца, продолжая. – Вы, Том, почему вы хотите пойти на это? Вы же знаете, что если она нарушит обет, она погибнет. Вы готовы подвергнуть Гермиону такой опасности?
Грейнджер понимала, что эта фраза может разрушить всё то, чего с таким трудом она добилась, пытаясь пробить броню Тома. Она уже хотела возразить, но Дамблдор поднял руку, жестом попросив девушку помолчать. Реддл что стоял до этого по струнке, посмотрел в глаза Дамблдора.
– Начну с вопроса к вам. Почему вы забрали меня из приюта и привезли сюда? – спросил парень.
– Я увидел в вас большой потенциал. И решил, что будет жаль, если он пропадет зря, – без колебаний ответил Альбус, не сводя взгляда со своего ученика.
– Это красиво звучит, но основная причина, я так думаю в том, что вы хотели держать под контролем мою тьму, – с надменными нотками в голосе произнес Том, обходя стол профессора с левой стороны и подходя к окну. – Но, я также думаю, что вы всё же верили в меня, или просто хочу в это верить.
Гермиона явно ощущала напряжение при подобном разговоре, переводя взгляд с Дамблдора на Тома и обратно.
– Вы правы, Том, я вас всё это время контролировал, – произнёс профессор, сцепив руки в замок.
– Она тоже пришла, чтобы контролировать и убить, – четко расставляя слова, продолжал диалог Реддл, коснувшись пальцами подоконника на котором стояли стопки книг. – Но она, как и вы поверила в меня, что я могу справиться со своей тьмой.
Повернувшись, он снова смотрел на Альбуса, смягчая тон.
– Знаете, я ей поверил, что я могу остановиться. Сейчас, когда я нахожусь в шаге от самого важного момента в своей жизни. Вы же не слепы и о многом знаете.
Дамблдор кивнул, давая понять, что так оно и есть и, поглаживая свою бороду, задумчиво произнес:
– Это означает, что вы тоже готовы дать Непреложный обет ей?
– Вы правильно поняли, профессор, – сказал Том. – Пусть это всё будет на равных правах. Нам обоим есть ещё что терять. И я знаю о том, откуда она прибыла. Но она единственная дала мне ощущение, что я жив.
Гермиона закусила губу пытаясь, справится с эмоциями. Ей было сложно поверить в то, что Том решился на подобное, но всё же её грело то, что он не свалил на неё всю ответственность за ситуацию.
