На улице уже практически наступила весна, и Гермиона впервые за долгое время вышла на прогулку, вдыхая полной грудью свежий воздух. Мия и Эмили остались в гостиной, готовясь к пересдаче эссе по Зельеварению. Гермионе подобное было не нужно по известным причинам. И когда она покидала башню Гриффиндора, то выслушала много возмущений со стороны соседок по комнате. Но обижаться она не собиралась, зная, что это лишь их способ попытаться уговорить Гермиону им помочь. Медленным шагом она вышла из замка, направляясь в сторону небольшой аллеи. Впервые она задумалась о том, что они с Томом будут делать дальше. В её мыслях было много размышлений, чтобы после окончания школы попробовать устроиться на работу в Министерство магии. Но для этого были нужны высокие баллы, и этому стоило уделить максимальное количество времени. Однако первостепенной задачей естественно было попробовать соединить душу Тома воедино. А ещё она поняла нечто важное. В её голове было так много планов, и это говорило о том, что всё-таки Гермиона прекратила терзать себя мыслями о правильности своего поступка. Возможно, она смирилась с тем, что теперь её жизнь навсегда продолжится именно здесь. И она ни о чём не жалела. Девушка прошла немного вперёд, обходя статуи, которые стояли в небольшом саду недалеко от замка. Вокруг ещё лежал снег, но погода уже была довольно тёплой. Приятный ветерок ласкал её лицо, пытаясь растрепать прядки волос, которые выбились из хвоста. Некоторое время Грейнджер стояла и смотрела вдаль, пытаясь собраться с мыслями. За спиной вдруг прозвучал знакомый голос и Гермиона обернулась.
– Привет, – сказал Малфой, словно появившись из ниоткуда. – Где потеряла своего верного рыцаря?
Не зная как реагировать, Гермиона снова перевела взгляд на близлежащий пейзаж. Абраксас обратился к ней впервые за долгое время. В некотором роде, ей показалось, что он переживает. Увидев, что он обернулся, Грейнджер проследила за его взглядом, и поняла, что он смотрит на вход в замок Хогвартса. Но дорожка была пустая и никаких признаков того что появится Том не было. Гермиона пожала плечами делая вид, что не понимает о чём он говорит.
– Что ты имеешь в виду? – спросила она, смотря на блондина.
– Ты прекрасно знаешь что я имею в виду, – ответил он и, кинув на неё взгляд, продолжил. – Я имею в виду Тома Реддла, который не отходит от тебя ни на шаг. Видимо боится, что тебя украдут.
Гермиона искренне рассмеялась, заправляя растрепавшиеся от ветра пряди волос за ухо.
– Какие глупости ты говоришь, – ответила она, медленным шагом направляясь дальше по небольшой аллее.
– Ну, глупости ни глупости, а все мы стали свидетелем того, как яро он охраняет пространство вокруг тебя, – ответил Малфой.
Гермиона ощутила некоторый укол в его словах и это в какой-то мере даже её возмутило.
– Ну знаешь, после того как меня пытались убить при помощи проклятия, я ему очень даже благодарна. Ведь кроме него меня никто не защитил, – довольно ловко Гермиона вернула «шпильку» обратно Абраксасу. – И странно, что именно после этого случая, ты больше никогда даже не смотрел в мою сторону.
Слизеринец хоть и медленно шёл рядом, всё же отвернул лицо и на некоторое время замолчал.
– Я не знаю, что тебе ответить на это, мне было сказано, не приближаться к тебе. И знаешь, твой Реддл использует весьма убедительные методы, – с ноткой агрессии произнёс Малфой. Он явно не любил признавать поражение, тем более такое унизительное, но сильнее он не хотел, чтобы его считали предателем. – И, знаешь, никто не собирался разбираться, виновен я или нет.
– А ты был не виновен? – спросила гриффиндорка, понимая, что этот разговор явно даётся Абраксасу с трудом.
– Частично, – признался блондин. – Это я показал Вальбуге вас с Реддлом, когда вы так страстно целовались в коридоре подземелий. Но я не думал, что эта сумасшедшая пойдет на убийство. Максимум что я от неё ожидал, так это то, что она закатит Реддлу скандал.
Гермиона не знала, что ему ответить. Она, конечно, понимала, что в планах Малфоя возможно не было злого умысла, но всё же, из-за него она чуть не погибла.
– Знаешь, сейчас на данный момент я могу тебе сказать одно, мне уже всё равно кто был виновен в этом, и зачем всё это было сделано. Самое главное я жива. Во всяком случае, я многое поняла. И сейчас, мне всё равно причастен ты к этому или нет. Я предлагаю тебе перемирие, – сказала Грейнджер, но потом, подумав, добавила. – Ты все это время считал меня чистокровной. Но я тебя разочарую, Абраксас. Я маглорожденная. И ты волен делать с этой информацией, что посчитаешь нужным. Я знаю, что род Малфоев чтит только чистоту крови, но я скажу тебе одно, она, ни на что не влияет.
