Он инстинктивно потянулся к поясу, но кинжал был не на нем.
– Нет, но на столе есть нож для бумаги.
Он открыл дверь как раз в тот момент, когда Мистер Уэмисс дошел до кабинета. Последний издал шокированный вскрик, который достиг меня одновременно с запахом крови. Джейми грубо оттолкнул мистера Уэмисса в сторону, и я рванулась внутрь следом за ним с сердцем, подкатившим к самому горлу.
Трое стояли около стола близко друг к другу. Капли свежей крови усеивали стол, а Кэси держал окровавленный платок обмотанным вокруг его руки. Он посмотрел на Джейми, и его лицо казалось призрачным в тусклом свете, зубы были крепко сжаты, но он смог улыбнуться.
Я поймала случайное движение краем глаза и заметила Джо, осторожно держащего лезвие ножа для бумаги над свечным пламенем. Действуя так, словно в комнате, кроме них, никого не было, он взял руку брата, снял платок и прижал горячий металл к сырому овалу раны на большом пальце Кэси.
Мистер Уэмисс издал короткий придушенный звук, и запах жженой плоти смешался с запахом дождя. Кэси глубоко вдохнул, медленно выдохнул и криво улыбнулся Джо.
– Счастливого пути, брат, – сказал он громко и ровно.
– Счастья и тебе, брат, – сказал Джо точно таким же тоном.
Лиззи стояла между ними, крохотная и растрепанная, ее покрасневшие глаза застыли на Джейми. Она улыбнулась.
Брианна медленно вела маленькую машину вверх по склону одеяла, через ногу Роджера, по его животу и по центру его груди, где он поймал и машину, и руку, и лукаво улыбнулся ей.
– Это очень хорошая машина, – сказала она, высвобождая руку и устраиваясь на боку рядом с ним. – Все четыре колеса крутятся. Что это за модель? «Моррис Майнор», вроде той маленькой штуки, которая была у тебя в Шотландии? Это была самая хорошенькая машина, которую я когда-либо видела, но я никогда не понимала, как тебе удается в ней помещаться.
– При помощи талька, – сообщил он. Он поднял игрушку и крутанул колесо большим пальцем. – Ай, хорошо получилась, да? Я вообще-то не имел в виду конкретную модель, но, наверное, думал про твой «Форд Мустанг».
Помнишь, как мы в тот раз ехали на ней вниз с гор? – Его глаза смягчились от воспоминания, их зеленый цвет казался почти черным в неверном горящем в очаге пламени.
– Я помню. Я почти съехала с дороги, когда ты поцеловал меня на скорости восемьдесят пять миль в час.
Она инстинктивно придвинулась ближе к нему, слегка ткнув его коленкой. Он с готовностью повернулся к ней и снова ее поцеловал, одновременно катя машинку задним ходом вниз по ее спине и по изгибу ягодиц. Она вскрикнула и начала извиваться в его объятиях, пытаясь избежать щекочущих колес, а потом ткнула его локтем в ребра.
– Ну-ка, прекрати!
– Я думал, ты считаешь скорость эротичной. Врррруум, – прошептал он, направляя игрушку вверх по ее руке и внезапно вниз за ворот рубашки. Она попыталась ухватить машинку, но он избежал перехвата и, нырнув рукой под одеяло, прошелся колесами вниз, а затем снова вверх по ее бедру.
Последовала бурная схватка за право владения машинкой, которая закончилась тем, что они оба свалились на пол в клубке из постельного белья и ночных рубашек, уставшие и задыхающиеся от хохота.
– Шшш! Ты разбудишь Джемми! – Она приподнялась и заерзала, пытаясь вылезти из-под Роджера. Имея превосходство в пятьдесят фунтов, он просто расслабился поверх нее, прижимая ее к полу.
– Его не разбудить даже пушечным выстрелом, – сказал Роджер с уверенностью опытного родителя. Это было правдой: после того как Джемми перестал просыпаться ночью каждые несколько часов для кормления, во сне он стал напоминать безжизненное бревно.
Она утихла, сдувая волосы с лица и ожидая подходящего момента.
– Как думаешь, ты когда-нибудь еще сможешь разогнаться до восьмидесяти пяти миль в час?
– Только если упаду с вершины очень глубокого ущелья. Ты совершенно голая, ты в курсе?
– Ну, ты тоже.
– Ага, но я-то с самого начала таким был. Где машинка?
– Без понятия, – солгала она. На самом деле она была у нее под поясницей, что было жутко неудобно, но она не собиралась давать ему дальнейшие преимущества. – Зачем она тебе?
– О, я собирался еще немного поисследовать территорию, – сказал он, приподнимаясь на локте и медленно проводя пальцем по верхнему склону одной груди. – Думаю, я могу и пешком пройтись, это, конечно, займет больше времени, но зато я смогу вволю насладиться видами. Так говорят.
– Ммм, – протянул Роджер. Он мог прижимать ее к полу своим весом, но не мог контролировать ее руки. Она подняла указательный палец и прижала ноготь к соску, заставив Роджера глубоко вдохнуть.
– Ты планируешь долгое путешествие? – Она взглянула на маленькую полку возле кровати, где хранила контрацептивы.
– Достаточно длинное. – Он проследил за ее взглядом, затем посмотрел ей в глаза, безмолвно задавая вопрос. Она поерзала, чтобы лечь поудобнее, и незаметно убрала миниатюрную машинку.
– Говорят, путешествие в тысячу миль начинается с одного шага, – сказала она и, приподняв голову, прижалась губами к его соску, нежно прикусывая его и тут же отпуская.
