– Это я, мисс Бри, – приглушенно сказал голос Лиззи через дверь. – Можете нас впустить, пожалуйста? – Она говорила взволнованно, но без паники в голосе. Брианна подождала, пока Роджер натянет на себя рубашку, затем подняла тяжелую задвижку.
Ее первой мыслью было, что Лиззи и выглядит взволнованной: щечки маленькой служанки раскраснелись, как яблочки, их румянец сиял даже в темноте крыльца.
«Мы» – это она сама и двое братьев Бердсли, которые поклонились и кивнули, бормоча извинения за поздний визит.
– Что вы, – сказала Брианна. Она рефлекторно начала искать в комнате шаль. Дело было не только в том, что ее льняная сорочка была тонкой и поношенной, спереди на ней было красноречивое пятно. – Ээ, входите!
Роджер вышел вперед, чтобы поприветствовать нежданных гостей, с достоинством игнорируя тот факт, что на нем не было ничего, кроме сорочки, и Брианна поспешно удалилась в темный угол позади ее ткацкого станка, на ощупь пытаясь отыскать старую шаль, которую держала для того, чтобы укрывать ноги во время работы.
Благополучно закутавшись в нее, она пнула полено, чтобы немного разжечь огонь, и наклонилась, чтобы поджечь свечу от углей. В неверном свете свечи она заметила, что Бердсли были одеты с нехарактерной для них аккуратностью и лоском, их волосы были собраны и заплетены, оба стояли в чистых рубашках и кожаных жилетках: сюртуков у них не было. Лиззи тоже была одета в свое лучшее платье. На самом деле, на ней было то самое шерстяное платье бледно-персикового цвета, которое они приготовили для ее свадьбы.
Что-то случилось, и по тому, как Лиззи настойчиво шептала на ухо Роджеру, было примерно ясно, что именно.
– Ты хочешь, чтобы я вас поженил? – спросил Роджер удивленно. Он обвел взглядом близнецов. – Эээ… С кем?
– Да, сэр. – Лиззи почтительно поклонилась. – Меня и Джо, сэр, если вы будете так добры. Кэси выступит свидетелем.
Роджер озадаченно провел рукой по лицу.
– Что ж… но… – Он умоляюще посмотрел на Брианну.
– У тебя проблемы, Лиззи? – спросила Брианна прямо, зажигая вторую свечу и устанавливая ее в подсвечник у двери. В этом свете она заметила, что веки Лиззи покраснели и опухли, как будто она плакала. Но ее поведение скорее говорило о взволнованной решительности, нежели о страхе.
– Не то чтобы проблемы. Но… я беременна, ай. – Лиззи охранительно скрестила руки на животе. – Мы… мы хотели пожениться до того, как я скажу кому-либо.
– О. Что ж… – Роджер посмотрел на Джо неодобрительно, но выглядел не вполне убежденным. – Но твой отец… он не будет…
– Па захочет, чтобы нас поженил священник, – сказала Лиззи убедительно. – И так оно и будет. Но вы же знаете, сэр, могут пройти месяцы и даже годы, прежде чем мы сможем найти католического священника. – Она опустила глаза, краснея. – Я… Мне бы хотелось выйти замуж просто с подобающей церемонией, понимаете, прежде чем ребенок родится.
– Да, – сказал он, невольно опуская глаза на живот Лиззи. – Это я сообразил. Но я не понимаю этой спешки, если вы понимаете, о чем я. Я хочу сказать, ты будешь не намного более беременной завтра, чем сегодня ночью. Или на следующей неделе.
Джо и Кэси обменялись взглядами поверх головы Лиззи. Затем Джо опустил свою руку на талию Лиззи и нежно прижал ее к себе.
– Сэр. Просто… Мы хотели все сделать правильно друг для друга. Но нам бы хотелось провести церемонию в узком кругу, понимаете? Только я, Лиззи и мой брат.
– Только мы, – повторил Кэси, придвигаясь ближе. Он настойчиво посмотрел на Роджера. – Пожалуйста, сэр?
Кажется, у него на руке была рана, потому что носовой платок был обернут вокруг пальцев.
Брианне они трое показались такими трогательными – почти невыносимо. Они были такими невинными и такими юными, три чистых лица настойчиво и с мольбой смотрели в сторону Роджера. Она придвинулась ближе и коснулась теплой через ткань рубашки руки Роджера.
– Сделай это для них, – сказала она тихо. – Пожалуйста? Это же не совсем настоящий обряд. Ты можешь просто их обручить.
– Ай, что ж, но они должны посоветоваться… с отцом… – Его протесты заглохли, когда он перевел взгляд с нее на трио, и она увидела, что Роджер тронут их невинностью не меньше, чем она. «К тому же, – подумала она удовлетворенно, – он был очень взволнован идеей о своем первом обряде венчания, каким бы нетрадиционным он ни был». Обстоятельства были романтичными и запоминающимися: обвенчать молодоженов перед огнем своего очага в свете свечей, в тишине ночи, с теплящимся в стенах дома воспоминанием об их собственном занятии любовью, с их спящим ребенком, который, как молчаливый свидетель, благословлял новый брак и обещал ему счастливое будущее.
Роджер глубоко вздохнул, затем улыбнулся, уступая ей, и повернулся.
– Ай, ладно. Дайте мне хотя бы штаны надеть – я не собираюсь проводить свою первую свадьбу с голой задницей.
Роджер держал ложку с джемом над своим тостом, ошарашенно уставившись на меня.
– Они что? – спросил он придушенно.
– О, она не стала бы! – Бри прижала руку ко рту, широко распахнув глаза, и сразу же убрала ее, чтобы спросить: – За обоими?
