Лихорадка отступила два дня назад, и я пришла в полное сознание. С той поры я видела от сочувствующих бессчетные охи и вздохи по поводу моей внешности вкупе с рекомендациями надеть чепец, за этим следовали попытки меня накормить. Джейми, отличавшийся большей чувствительностью к тону моего голоса, чем миссис Баг, Мальва, Брианна или Марсали, мудро отступил после быстрого взгляда на поднос рядом с кроватью, убедившись, что я съела хоть что-то.
– Расскажи мне, что случилось, – сказала я, собравшись с духом. – Кто заразился? Как они себя чувствуют? И кто… – я прочистила горло. – Кто умер?
Он сузил глаза, пытаясь угадать, упаду ли я в обморок, умру или свалюсь с кровати, если он мне скажет.
– Ты уверена, что достаточно окрепла, саксоночка? – спросил он с сомнением. – У таких новостей нет срока годности.
– Нет, но рано или поздно я должна узнать, так ведь? А знать лучше, чем беспокоиться о том, чего не знаешь.
Он кивнул, признавая мою правоту, и сделал глубокий вдох.
– Ай, ладно. Патрик и его дочь поправляются. Юэн потерял своего младшенького – Бобби, Грэйс по-прежнему больна, но Хью и Кейтлин не заразились. – Он сглотнул и продолжил: – Трое рыбаков умерли, еще где-то дюжина больны, но большинство поправляются. – Он сурово сдвинул брови. – И еще Том Кристи. Он плох, как я слышал.
– Правда? Мальва ничего не говорила.
Но Мальва отказалась говорить мне что-либо, когда я спросила, только настаивала на том, что мне нужно отдыхать и ни о чем не беспокоиться.
– А что с Аланом?
– Он в порядке, – заверил меня Джейми.
– Давно Том заболел?
– Я не знаю. Девочка тебе скажет.
Я кивнула. Это была ошибка, головокружения еще не прекратились, и мне пришлось закрыть глаза и откинуть голову назад – под закрытыми веками засияли причудливые узоры.
– Это так странно, – сказала я, немного задохнувшись и слыша, как Джейми беспокойно приподнялся в ответ на мою внезапную потерю бодрости. – Когда я закрываю глаза, я часто вижу звезды, но не такие, как звезды на небе. Они выглядят как звездочки на подкладке кукольного саквояжа – такой дорожной сумки, которая была у меня в детстве. Как думаешь, почему так?
– Я понятия не имею. – Я услышала, как он опустился обратно на стул. – Ты же больше не бредишь? – спросил он сухо.
– Не думаю. А я бредила? – Осторожно и глубоко дыша, я открыла глаза и попыталась беззаботно ему улыбнуться.
– Бредила.
– Я хочу узнать, что говорила?
Угол его рта дернулся в усмешке.
– Думаю, нет, но я все равно тебе как-нибудь расскажу.
Я рассматривала перспективу закрыть глаза и погрузиться в сон, вместо того чтобы думать о грядущих унижениях, но отбросила этот соблазн. Если я собиралась жить – а я собиралась, – мне нужно было собрать нити жизни, что связывали меня с миром, и проверить все узлы.
– Бри и Марсали с семьями – они в порядке? – спросила я, только чтобы убедиться. Марсали и Бри обе приходили раньше, чтобы похлопотать над моей бессильной тушкой, и, хотя обе отказывались говорить о том, что может меня расстроить в моем ослабленном состоянии, я знала наверняка, что ни одна, ни другая не смогли бы удержать в секрете, если бы были больны их дети.
– Ай, – отозвался он медленно. – Да, они в порядке.
– Что? – переспросила я, уловив сомнение в его голосе.
– Они в порядке, – повторил он торопливо. – Никто из них не заболел.
Я бросила на него холодный взгляд, внимательно следя за собственными движениями в процессе.
– Можешь сказать мне. Если ты не расскажешь, я это вытяну у миссис Баг.
Как будто упоминание ее имени вызвало ее дух, я услышала характерные звуки ее башмаков на лестнице. Она двигалась медленнее обычного, с осторожностью, – значит, была чем-то нагружена. Так и оказалось – улыбаясь, она боком протиснулась в дверь – в одной руке поднос с едой, второй она придерживала Анри-Кристиана, который цеплялся за нее, как обезьянка.
– Я принесла тебе немного поесть, моя милая, – сказала она жизнерадостно, отодвигая в сторону едва тронутую миску с кашей и тарелку тостов, чтобы освободить место для свежей провизии. – Ты же не заразная, так?
Едва дождавшись, чтобы я кивнула, она наклонилась над кроватью и аккуратно опустила Анри-Кристиана мне на грудь. Как всегда, дружелюбный и непритязательный, он боднул меня головой в подбородок, зарылся лицом в грудь и начал посасывать мои костяшки, прикусывая кожу маленькими и острыми молочными зубами.
– Привет, а что это у нас здесь? – Я нахмурилась, отбрасывая мягкие коричневые пряди с его круглого лба – у линии волос виднелось уродливое желтое пятно от синяка.
– Эти дьявольские отродья пытались убить бедного малыша, – сообщила мне миссис Баг, поджав губы. – И тем бы все и кончалось, если бы не Роджер Мак, благослови его Господь.
– О? И что это были за отродья? – спросила я, знакомая с описательными навыками миссис Баг.
– Кое-кто из детей рыбаков, – ответил Джейми. Вытянув палец, он коснулся им носа Анри-Кристиана и убрал его, как только мальчик потянулся за ним, а потом снова нажал ему на кончик носа. Анри-Кристиан радостно загукал и схватился за собственный нос, увлеченный игрой.
