— В конце концов, — Ранальв обвел своих подданных ясным взглядом, — у родоначальников наших было более всего причин видеть в Огненном Дожде конец времен. Однако это оказалось новым началом.
Эльфы задумчиво закивали.
— Не станем же спешить с выводами. Феникс возрождается из пепла. — Кронпринц поднял свой окованный серебром и золотом хрустальный кубок, в котором рубиновым огнем искрился тарглинт. В ответ со всех сторон начали подниматься чаши. Подданные единодушно поддержали своего будущего монарха. Тот осушил пряное вино до дна и кивнул в знак продолжения совета.
— Люди действительно заполонили собою практически все дотоле свободные уголки Мидгарда, но им мало, — заметил, хмуря брови, лорд Нернфрез. — Даже их бесконечные войны более не ослабляют, но лишь подпитывают процесс. Они диктуют свои изменчивые порядки и стремятся полностью подчинить себе море и сушу с их обитателями. — За невозмутимым холодным обликом лорда мелькнуло нечто непривычное — неуверенность? Тревога? Сановитый отец Амаранты источал высокомерие, в определенных случаях переходящее в чопорность. Он двигался неторопливо и поджимал губы, когда думал, прежде чем ответить. Хотя он был еще совсем не стар, меж бровей его заложилась заметная складка. У него был твердый раздвоенный подбородок и глубоко посаженные синие глаза. Тонкий шрам от орочьего ятагана тянулся через весь лоб. Нернфрез вскинул голову, оглядывая соратников в кратком душевном порыве. — Скоро нам придется вводить на Дне совершеннолетия фехтование на шпагах вместо боя на мечах!
Лорд Вальбе́р Кетельрос невесело усмехнулся. Говоривший быстро повернул в его сторону вспыхнувшее холодным гневом лицо. Вальбер не опустил взгляда.
— Скоро придется нам оставить и День совершеннолетия, и другие традиции, и дома наши, и с поджатым хвостом убежать в вырубаемые леса, чтобы тихо вымереть там по одиночке.
Дипломат из рода Нернфрезов иронично заломила бровь:
— Кто-то предпочтет вымереть среди суеты и ароматов человеческих городов.
Начальник внешних дозоров отпил яичного ликера из кубка, положил подбородок на сплетенные пальцы и опустил глаза на клочок выглядывающей из-под чертежей паровой машины карты окрестностей Исналора. Лоб его пересекла морщинка.
— Отчего же столь мрачно? — заметил третий королевский советник, тайр-лорд Тиро́ль. — Мы можем ввести фехтование не вместо, а вдобавок к бою на мечах.
Кетельрос раздраженно дернулся. Уж кому, а Тиролю с его увечьем было легко рассуждать об увеличении нагрузки на испытуемых. На балах тот вынужден был отдыхать между танцами в кресле, а подъем по дворцовой лестнице стоил ему остановок едва не на каждом пролете. Кетельрос встретил понимающую улыбку, которая рассердила второго советника еще больше.
Тайр-лордТироль часто служил урегулятором конфликтов и действовал на большинство спорщиков обезоруживающе. Глубокие, мягкие и одновременно живые выразительные глаза на красивом кротком лице его сияли тихим светом. Был он строен и подтянут, однако это когда-то статное тело беспощадно искривлял горб. Возглавляя атаку своего отряда в Битве при Забытых Камнях, Тироль первым поднялся на руины занятого орками древнего укрепления и пронзил их кага насквозь, а вслед за тем был сброшен с высоты на каменистую землю. Орки не трогали Тироля, сочтя мертвым. Он выжил, однако осанка начала искривляться. Сохранившему некоторую способность постоять за себя горбуну было все же не место в сражениях. Он обладал умом и опытом, носил титул тайр-лорда в силу происхождения из ветвей королевского рода Лаэльнэтеров, и сделался третьим верховным советником по трагическом завершении военной карьеры.
— Скоро, — раздался от середины главного стола насмешливый юношеский голос, — все мы вынуждены будем перейти на запрещенное оружие, ибо слишком не хочется вымирать с поджатым хвостом в лесу.
Все головы повернулись к говорившему. Лорд Фрозенблейд, королевский оружейник, поднялся со своего места, высокий и ладный, как молодое дерево. Узкое гибкое тело частично скрывал отороченный мехом плащ, однако в каждом движении угадывалась небрежная грация прирожденного воина.
— Вы предлагаете полностью попрать нами же установленный закон, лорд оружейник? — вцепился в него взглядом Кетельрос.
— Предлагаю взглянуть дальше своего носа, лорд королевский советник, — весело ответил Наль, и Кетельрос позеленел от такой наглости.
— Вместо меча, благородного оружия, олицетворяющего собою честь воина, вид искусства и высоту мастерства, отдать предпочтение этому бездушному и безумному чудищу, выплевывающему дым и пламя, способному, как скверная скотина, покалечить собственного владельца?
Фрозенблейд язвительно улыбнулся.
— Уверяю, лорд Вальбер, я более вашего обеспокоен судьбой благородного меча и другого холодного оружия, однако новое время дышит на нас огнем и порохом.