Дыши, Энни, дыши полностью

я могу подождать. Буду твоим другом. Но не оскорбляй меня. Я не был с другой

девчонкой, с тех пор как встретил тебя. Я правда не считаю тебя призом, который нужно

выиграть.

Говоря мне все это, он задыхается, а в его глазах ранимость, какой я никогда не видела

прежде. Это пугает меня. Но кое-что изумляет.

Он может подождать.

– Джер?

– Хмм?

Я протягиваю ему руку.

– Мне жаль. Ты можешь простить меня?

– Всегда.

Мы тихо стоим, пристально глядя друг на друга, держась за руки.

Я спрашиваю:

Миранда Кеннелли

Дыши, Энни, дыши

– Если я готова для чего-то с тобой, но не для всего, ты не будешь беситься?

Отыскав мои глаза, он нежно поглаживает большим пальцем мою ладонь:

– Я готов ко всему, к чему готова ты.

Я делаю глубокий вдох:

– Я познакомилась с Кайлом, после того как ударила его по голове волейбольным

мячом. – Джереми наклоняет голову и, печально улыбаясь, слушает, как я рассказываю

ему историю своей первой любви. Я описываю нашу первую стычку – как Кайл вызвался

сидеть в будке поцелуев в вечер встречи выпускников, не понимая, что мы были в

настоящих отношениях, а люди в отношениях не целуют других, даже если это ради

благотворительности.

– У чувака были яйца, – шутит Джереми, и я шлепаю его по руке. Он кладет свои руки

мне на талию, словно боится, что я уйду. – Расскажи мне еще.

– Мне нравилась тишина, А ему всегда приходилось заполнять ее. Он был ужасно

надоедливым пассажиром – мог нажимать на воображаемые тормоза, когда я слишком

разгонялась. Он чавкал, когда ел хлопья, и это сводило меня с ума. Он сделал мне

предложение… и я сказала «нет», но рано или поздно я бы сказала «да», потому что он

был моим, а я его.

Я замолкаю, и Джереми сжимает меня в долгих объятиях:

– Спасибо, что рассказала мне о нем.

Я стираю слезы со своих щек:

– Я скучаю по нему.

– Я знаю, родная. – Его голос мягкий и нежный. Я прижимаю ладони к его груди, и

чувствую себя легче. Он может подождать меня.

– Я знаю игру, в которой могу победить тебя, – говорю я, тихонько продвигая пальцы

по его футболке.

– Это какую? – спрашивает он, глядя вниз, на мои руки.

– Побеждает тот, кто первым поцелует другого.

Я быстро прижимаю свои губы к его. Короткий легкий поцелуй. Легкий поцелуй,

который ощущается как сверхновая звезда.

Когда он открывает свои красивые голубые глаза, пронзая меня взглядом, то дышит

коротко и поверхностно. Он обвивает руками мою талию. Поднимает меня на стол.

Раздвигает мои колени и проскальзывает между ногами. Его рот опускается к моему уху,

и его дыхание щекочет меня:

– Ты победила.

Наши губы снова встречаются, и это медленно и сладко, ничего похожего на наш

чересчур стремительный ритм у реки в июне.

А затем его губы говорят мне не думать больше, просто делать то, что я хочу, и я

шепотом соглашаюсь. Обхватываю руками его щеки, наслаждаясь тем, как щетина

царапает меня, а его руки двигаются вверх и вниз по моей спине, нежно исследуя и

согревая меня.

Он приподнимает меня и проскальзывает руками под попу, чтобы отнести на свою

кровать. Обвиваю ногами его талию, и мы опускаемся на одеяло, продолжая целоваться.

Стягиваю шапочку с его головы и бросаю ее на пол.

Обнаруживаю, что он болтливый в постели. Он говорит обо всем, начиная с того, как

ему нравится вкус моих губ, и заканчивая тем, как ему хочется, чтобы парни внизу

заткнулись, и чтобы я осталась на ночь и утром мы пошли на пробежку вместе.

– Но ты намного быстрее, – говорю я между поцелуями. – В своем сообщении ты

сказал, что это помешает твоей тренировке.

– Кого это волнует? – Он подтягивает меня наверх так, что я сижу на нем верхом и

чувствую, как его твердость прижимается ко мне через его джинсы. Он не может оторвать

взгляд от моего черного топа.

Я годами не занималась этим. Конечно, я уже видела Джереми без одежды, но есть

что-то восхитительное в том, чтобы просто целоваться, не зная, что будет дальше.

– Ты так волнуешь меня, – с придыханием говорит он. – Я хотел тебя с того момента,

как мы встретились – ты кричала на меня, за то что я бежал спиной вперед.

115

N.A.G. – Переводы книг

– Я боялась, что ты не сможешь простить меня, – говорю я в ответ, водя кончиками

пальцев по его татуировкам-кругам на полях. – Волновалась, что наша дружба

закончилась.

– Ты вернулась – это единственное, что имеет значение.

Мы целуемся, пока наши губы не начинает саднить, а моя одежда не перекручивается.

Он скатывается с меня, лениво улыбаясь. Его светло-каштановые волосы просто

катастрофа: я запускала в них свои руки, пока мы целовались, и теперь они торчат в

разные стороны.

Он нежно постукивает пальцами по моему животу.

– Итак, ты поцеловала меня первой. Это означает, что ты победила честно и

справедливо.

– Да, – говорю я со смехом.

– Ты останешься на ночь? – нервничая, тихо спрашивает он с надеждой в голосе. Когда