Дзен и железяка полностью

Как хорошо! Она просто минутку полежит, и все. Ничего не случится с больным за это время, правда?

***

Золотов очнулся от тишины и темноты. Голова все еще болела, но не критично. Скорее, пульсировала от тока крови. При каждом биении в голове отдавалось болью. Он приоткрыл глаза.

Где он? Вроде, у себя в спальне. Дома. Значит, Тимур его отвез. Хорошо.

А это что? Рядом с глазами была какая-то сетка телесного цвета. Он прищурился и понял, что очки с него сняли. Или он их где-то потерял. Сетка превратилась в женские ноги, затянутые в чулки. У него что, глюки? Какая тут может быть баба? Ночью, после ресторана, когда у него случился приступ мигрени. Он бы помнил. Кроме того, он одет, а не раздет, как и она.

Все еще не веря своим глазам, Иван протянул руку и коснулся ноги. Настоящая. Живая и теплая. Провел снизу вверх – и тут голова словно взорвалась!

– А-а!!!

Маша проснулась оттого, что кто-то ее лапал, и взвизгнула. «Вражина» очнулся и охренел. Он щупал ее ноги. Не осознавая, что творит, девушка влепила ему смачную пощечину. Мужик откинулся на подушки и охнул. Мария опомнилась и сообразила, что избивает больного. На миг стало совестно, но потом она вспомнила, что он творит, и жалость тут же испарилась.

– Эй, – окликнула она. – Вы как? Может, я пойду?

Золотов вытащил беруши и переспросил:

– Что?

– Я пойду, говорю, – ворчливо сказала Маша. – Раз вы уже в порядке.

Она одернула юбку, прикрывая колени.

– А где Тимур?

– Поехал за доктором. Вы точно в порядке?

– Не знаю.

Он опять зашипел сквозь зубы и прикрыл глаза. Маша, позабыв про обиды, потрогала его лоб. Не поняла, есть ли температура, и коснулась губами.

Золотов ощутил аромат розы и открыл глаза. Над ним нагнулась женщина. Прямо напротив лица виднелась высокая, округлая, какая-то нереальная грудь, едва сдерживаемая красным кружевом. Между идеальными полушариями – манящая темная ложбинка. Мужчина опять решил, что у него глюки. Чтобы понять, на самом деле это или плод его воображения, он протянул руку и потрогал ее.

***

– Ну что же вы, девушка, бьете больного? – спросил доктор.

– А пусть он не лезет! – на чем свет стоит возмущалась Маша. – Нечего лапать.

Он первый начал. Сам виноват. У, смотрит… «Вражина», которому сделали укол спазмолитика, уже очухался и сидел, удерживая у лица пакет со льдом. Синяка не будет, но щека, по которой его дважды огрела девушка, заметно припухла в области скулы. Кровь носом пошла, но остановили.

– Так, отсюда и поподробнее, – обманчиво мягко, вкрадчиво переспросил Тимур.

Но Маша и Золотов, как сговорившись, молчали, словно воды в рот набрали. Она от смущения, а он сам не знал от чего. Просто смотрел на нее новым взглядом. Татарин, полный подозрений, переводил взгляд с друга на девушку.

– Тимур, отвезите меня, пожалуйста, домой, – попросила она.

– Ладно.

Он обрадовался, что сможет остаться на чай. С Иваном потов прояснит обстановку. У них было не принято отбивать друг у друга женщин. Так же как и подбирать друг за другом объедки, принимая эстафету. Пожалуй, эта девушка татарину понравилась. Запал. Тогда еще, в бане. И он это отлично осознавал. Было в этом что-то первобытное… Аппетитная особа.

Убедившись, что с Золотовым все в порядке, они с доктором спустились вниз. Тут Маше в голову пришла мысль, что нужно позвонить Катерине.

– Можно воспользоваться вашим телефоном? – спросила она у татарина.

– Пожалуйста.

Она набрала номер, и Катя долго ее допрашивала, что да как. Наконец Мария, оглядываясь на татарина, не выдержала:

– Давай при встрече, хорошо? Вы еще в ресторане?

– Да! – крикнула подруга. – Извини, шумно!

– Мой телефон захвати, пожалуйста, – попросила Маша. – На столе остался.

Завтра выходной, как-нибудь переживет.

– А ты не заедешь? – удивилась Катя.

– Нет. Устала как собака. Ты отдыхай, веселись. Если хочешь, завезешь завтра, или встретимся в фитнес-центре, и там передашь.

– Хорошо. Я лучше заеду.

Отключилась. На телефоне полчетвертого утра. Ничего себе! Как же она завтра будет вставать? У нее же растяжка и тренажерный зал. Или отменить все и никуда не идти? Бедная Катя, а ведь ей завтра на работу. Правда, во вторую смену, но все равно.

– Спасибо, – вернула она телефон. – Едем?

– Едем.

Начали спускаться. Доктор с Тимуром обсуждали Золотова и его болячку. Оказывается, последний приступ был семь месяцев назад. Изрядно! Этот специалист давно вел пациента. Маша невольно прислушалась к разговору.

– …здоров как бык, органических проблем нет. Говорите, зрачки разного размера?

– Я сразу понял… типа того… потом отвез…

– Молодец! – похвалил его действия доктор.

– Но в чем причина?

–…только предполагать… Громкая музыка, мерцающий свет, усталость…

– Короче, Склифосовский. Вы не знаете, – заключил татарин.

– Вы понаблюдайте, молодой человек, – ничуть не обиделся доктор, который, наверное, часто имел дело с капризными клиентами и пациентами. – Медицина не всесильна. Мы не боги, чтобы все знать.