Дзен и железяка полностью

Себе девушка сварила кофе. Тут она была в своей стихии, как завзятая кофеманка. Смолола, заварила в турке, подождала, когда осядет на дно гуща, налила в кружку и добавила подогретого молока. И сверху немножко корицы. Вкуснятина! А главное – без сахара. Даже гость, сидящий напротив, начал принюхиваться, с интересом наблюдая за ее приготовлениями.

Золотов бы сейчас с удовольствием выпил кофе, но нельзя. Иначе приступ может повториться. Иногда между приступами мог пройти год, а порой – пара часов, если не беречься. Мать его была такой же. Особых проблем мигрень не причиняла. Отлежится – и все. Жить бы да радоваться. Но однажды это случилось прямо в машине. Она была за рулем. Иван был тогда в армии. До «дембеля» не дотянул, ушел в самоволку, когда узнал, что похороны. Потом его, конечно, оправдали, но увольнительных он не видал до самого конца.

Отчего он это вспомнил сейчас? Было бы логично, если бы мать и эта девушка были хоть немного похожи. Однако они разные: небо и земля! Земля в данном случае – это Круглова. По-настоящему земная, пышная женщина. Радуется жизни, кофе не просто пьет, а смакует… Только на столе больше ничего нет.

– Ой, простите, – спохватился он. – Это вам.

Мужчина достал из сумки коробку шоколадных трюфелей. Нашел точно такие же, как покупал Тимур, и решил, что девушка не будет злиться. Все просто с женщинами. Угостил, похвалил, комплимент отвесил – и все, дело в шляпе.

Хотя нет. Не в этом случае. Злопамятная?

Маша уставилась на коробку конфет и подумала, что диета опять срывается. Ну что такое, в самом деле? Вредительство и сплошные проблемы от этих мужиков. А, впрочем, съест.

«”Не стану есть, не буду слушать,

Умру среди твоих садов!”

Подумала и стала кушать».

Примерно так.

– Спасибо, – не менее вежливо поблагодарила она, распечатала коробку и хищно нацелилась на одну из конфет.

А потом с невероятным удовольствием съела ее, облизнулась и налила себе еще кофе.

– Кажется, вы хотели поговорить?

– Я хотел поблагодарить вас, – сказал Золотов заготовленную заранее речь. – И еще извиниться. Я тогда был не в себе и не хотел…

– Ладно, – великодушно бросила она. – Проехали.

А про себя подумала: все он хотел, вражина. Золотов, кстати, тоже. Обычно он не врал самому себе.

Раньше он эту особу не воспринимал как женщину, но теперь все иначе. Мысли то и дело возвращаются к ночному происшествию. Он невольно потер левую скулу, припоминая, какой сильный у нее удар правой. Хорошо, не кулаком. И все равно голова чуть не взорвалась.

В кого она такая, интересно?

С виду и не скажешь. В их первую встречу она показалась ему нерешительной и страшно неуклюжей. Впечатление было обманчивым. Или она так сильно изменилась за это время? Прическа точно другая. Очки сняла, за которыми глаз не было видно. В личном деле другое фото. Но главное – изменилось выражение лица.

Вот как сейчас, например. Довольная, как кошка, хотя пять минут назад была сердитая фурия.

– Ладно, проехали, – проворчала она после третьего трюфеля.

Сахар поступил в кровь. Настроение стремительно улучшалось. Вдруг в дверь кто-то позвонил. Катерина! Ну, наконец-то!

– Вы кого-то ждете? – спросил Золотов. – Я не вовремя?

– Все нормально, это моя подруга.

Девушка вышла в прихожую и открыла дверь. На пороге стоял Тимур Алаферов. При параде, чисто выбритый, приятно пахнущий кипарисовым одеколоном и улыбающийся на все тридцать два.

– Привет, – сказал он. – Маша, это вам.

В его руках была точно такая же коробка шоколадных трюфелей. Девушка запаниковала. Но не потому, что два мужика в доме. Просто это засада. Диете точно конец. Она теперь ни в одни брюки не влезет. Все беды от мужиков, а не от баб, как считают некоторые.

– Я не вовремя? – неправильно истолковал ее молчание татарин. – Маша, вы не одна? С подругой?

– О, если бы! – закатила глаза девушка.

Тимур начал что-то подозревать. На площадку опять высунулась любопытная соседка.

– Может, зайти в другой раз?

– Все нормально, – улыбнулась Маша и отодвинулась, освобождая ему проход. – Проходите.

От ее кровожадной улыбки Тимур поежился. Он уже знал, что тапочки не предусмотрены, хотя в глубине души надеялся, что девушка когда-нибудь сама, без его просьбы их купит. Мужчина вошел на кухню.

– Ваня, ты?

– Ага. Привет.

– Привет-привет…

– Кофе или чай? – спросила Маша, с тайный удовольствием наблюдая, как скрестились взгляды мужиков.

Оба напряглись, как коты, которые делят крышу по весне. Это пробуждало в душе какие-то непривычные чувства. Девушка поставила конфеты на стол. Обе коробки хорошо смотрелись рядом, прямо как на полке в магазине. Не успел второй гость определиться, что будет пить, как снова зазвонили в дверь.

Катя! Ну наконец, соня такая. Будет повод выпроводить мужиков и сожрать все эти трюфели, поделив их на двоих. И посплетничать. Ничего! Отработают потом грехи на фитнесе.

– Минуточку, я открою.