Дзен и железяка полностью

Маша переоделась, заметив на тунике пятна от воды. Катерина сунула ей еще одну маску и какие-то патчи под глаза, чтобы снять отеки. Хорошо. А то она обычно обходилась чайными пакетиками, а спускаться вниз ради этого не стала бы. Ведь там… там он. Тот, кто был ее биологическим отцом.

– Так, – села рядом Катя. – Рассказывай. Что-то я ничего не поняла.

И она рассказала.

***

Марина лежала и думала. Игорь сидел рядом и тоже думал, что это было. Значит, вот этот урод ее соблазнил, когда она училась в девятом классе, и потом бросил. И от него она родила дочь.

Руки сами собой сжимались в кулаки. Обычно Томсон, как юрист и вообще интеллигентный человек, предпочитал цивилизованные методы решения проблем. Но не в этот раз. Хотелось размозжить негодяю голову. Взять и избить так, чтобы встать не мог. Убить хотелось, если уж начистоту. Но чтобы сначала помучился как следует.

Впрочем, любой, кто бы покусился на самое святое – его семью – ответил бы за это.

– Как ты? – встрепенулся он, забыв обо всем, стоило жене очнуться.

Она попыталась сесть и застонала, коснувшись лба. Тошнило. Штормило не по-детски.

– Вроде ничего, – соврала она.

И тут же подумала: нет, никакая это не акклиматизация, как уверяли доктора. И не шок от встречи с прошлым. И даже не гипертонический криз. О, боже! Сказать? Не сказать? А если она ошиблась? Хотя какая тут может быть ошибка. Еще в Москве она об этом думала.

Она пила противозачаточные таблетки, но незадолго до нового года лечилась антибиотиками. Кроме того, пила разные жаропонижающие напитки от простуды. Был шанс, ничтожный, но он был. Задержка уже почти две недели.

– Точно нормально? – вкрадчиво, опасно мягко переспросил Игорь.

Глаза его сузились. Жена могла соврать, чтобы его успокоить, но он чувствовал: что-то не то. Она напряглась, как стрела.

– Это из-за того …ка? – прямо, не стесняясь в выражениях спросил он. – Не переживай. Его уже сегодня здесь не будет, обещаю.

– Не из-за этого, – откинулась Марина на подушку. – Просто… Как ты смотришь на то, что у нашей Иры появится братик или сестричка?

Это был шок. Игорь замер и осторожно коснулся плоского живота жены.

– Но… как? Ты же пьешь таблетки.

– На это дело засухи не бывает, – рассмеялась жена. – Помнишь, я простыла перед праздниками?

Марина объяснила, почему подозревает, что беременна, и добавила, что сама еще не уверена. Может, ложная тревога. Надо вернуться в город и сделать тест. А там уже думать, как быть дальше.

Вот так сюрприз! Игорь сначала подумал, что все не вовремя. Потом вспомнил, как мечтал о сыне, и сразу отпали все сомнения. Почему-то он был уверен, что будет мальчик.

И тут же навалились сомнения. После рождения Иришки доктор не рекомендовал повторно беременеть. Марина с трудом выносила дочь, лежала на сохранении, и роды были очень сложные. Сейчас к этому «букету» добавился возраст. Не девочка уже. Они оба уже не молоды. Кольнул страх за жену.

– Не боишься? – спросил он, бережно поглаживая ей живот.

Марина смотрела в его голубые глаза, окруженные лучиками морщин, и понимала, что не может солгать.

– Боюсь, конечно, – призналась она. – Но аборт делать не буду. Даже не уговаривай.

– Не собираюсь.

Он не такой, как ее бывший. Если уж так получилось, ребенку быть. С его связями он найдет самых лучших врачей и сделает все, чтобы сохранить жизнь матери и ребенку.

Игорь взял жену за руку и поцеловал ее в раскрытую ладонь.

***

В столовой в этот раз за столом собралась мужская компания. За исключением Зотовой, которая, усмотрев в произошедшем свой шанс, решила отобедать с потенциальным тестем, а также Иришки Томсон, которую отец отослал вниз.

Девчонке кусок в горло не лез. Она переживала за маму. Значит, вот этот пожилой мужчина напротив – отец Маши? Не верится. Это же какая разница в возрасте! Сколько же ему было лет, когда все случилось?

Красивый, наверное, был в молодости. Даже сейчас ничего так. Волосы на висках совсем седые, а сверху – серединка на половинку. Аккуратная стрижка, гладко выбрит, кожа смуглая, не обрюзг с годами, только глубокие морщины появились у рта, на лбу и вокруг глаз. Черты лица приятные. Благообразный.

Руслан, который пил чай, почувствовал ее взгляд и посмотрел на девушку. Ира вздрогнула. Пронзительный взгляд карих глаз все менял. Этот человек – далеко не ангел. Девушка не имела достаточного жизненного опыта и не очень разбиралась в людях, однако невольно поежилась.

Алаферов-старший сразу понял, что это дочь Марины. Похожа на нее в молодости. Те же правильные черты лица, огромные глаза, только не серо-зеленые, а голубые. Тот же нос и губы. Волосы светло-русые, как у того мужчины. Лет восемнадцать-двадцать на вид.

– Значит, ты дочка Марины? – спросил мужчина.

Девушка кивнула.

– Как звать?

– Ира.

– А сестру твою?

– Маша, – машинально ответила она и встрепенулась: – А откуда вы знаете, что мы сестры?

– Неважно, – ответил он, узнав, что хотел.

Вернее, подтвердив свои догадки.

– Пап, – обратился к нему Тимур. – Эльхан сказал, могут выдать еще две раскладушки. Но учти, в номере еще трое, не считая вас.