– Понимаешь, Гаррет, меня очень заботит внезапная пропажа Лафресы. Ее не было в Кротовом замке с Балистаном Паргайдом, значит, она где-то еще, да и сам граф не очень-то был расстроен, когда его воин проиграл суд Сагры.
– У меня тоже создалось впечатление, что он припрятал в рукаве козырного туза.
– Козырного туза? – Она на миг задумалась. – Ах да! Карты… Да, ты прав, у него должен быть запасной вариант, иначе он бы так просто не сдался. Чувствуется рука этой прислужницы Хозяина, вот я и подумала, раз ты настроен на ключ, то должен почувствовать ее.
– Нет, ничего нет, леди Миралисса.
– Жаль, – искренне ответила она мне. – Хотя, с другой стороны, если ты не чувствуешь ее присутствия, значит, она далеко.
– Или близко, но ключ просто не способен ощутить ее силу, – промолвил Эграсса.
Мне больше нравился вариант Миралиссы, так я чувствовал себя намного безопаснее.
– Я больше тебя не задерживаю, Гаррет. – Миралисса дала понять, что наш разговор окончен.
– Леди Миралисса, можно задать вопрос?
– Слушаю, Гаррет.
– Балистан Паргайд наш враг, он служит Хозяину, а между тем вы свободно позволяете ему покинуть замок Альгерта Далли. Почему?
– Ты так и не понял, что в Пограничном королевстве законы отличны от законов Валиостра? Балистан Паргайд сидел за столом милорда Альгерта и, чтобы арестовать его… Здесь нужны более веские доказательства, чем наши слова. К тому же после суда Сагры граф имел право уйти, и никто не мог чинить ему препятствия.
Я кивнул в ответ на ее слова, в душе кляня проклятых пограничников с их глупыми законами.
– О чем она с тобой говорила? – полюбопьттствоват Кли-кли.
– Ничего важного.
Шут недовольно скривился и спросил, с опаской посматривая на мрачное небо:
– Ты знаешь, что мы уже сегодня будем в Заграбе?
– Сегодня? Но я, грешным делом, подумал…
– Головой надо думать, Гаррет, а не грешным делом. Толку будет в два раза больше, можешь мне поверить, – заметил шут. – Время уходит, так что сразу из замка пойдем в Заграбу, да и ночью идти намного безопаснее.
Лес поредел, угрюмые елки отпрянули в стороны, тракт вильнул влево, и впереди появилась большая деревня.
– Любезные вояки, как называется эта деревушка? – состроив важную мордочку, спросил у воинов Кли-кли.
– Перекресток, – нам опять ответил Сервин. – От нас до замка час ходу.
– А-а-а, – протянул Кли-кли, во все глаза глядя на далекие дома.
Фернан поднял вверх сжатый кулак, и отряд остановился.
– Что происходит? – Сурок оторвался от возни с Непобедимым.
– Не знаю, – ответил я ему.
– Странная деревня, – процедил Угорь, подтягивая «брата» и «сестру» поближе к себе.
– Вот-вот, – поддакнул Фонарщик, быстро повязывая ленту на лоб. – Я бы сказал, что о-очень странная.
– Чего в ней странного-то? – недоумевал я.
– Ты видишь людей?
– Вроде еще далековато, – неуверенно ответил я, шаря глазами по далеким домикам.
– Не настолько, чтобы не увидеть жителей, – возразил Сурок. – Смотри – возле домов никого, на улице никого, смотровые вышки тоже пусты. Я лично не помню ни одной деревушки в этой стране, где на вышках не сидели бы лучники.
Дикий прав – на вышках было пусто.
– Гаррет, кольчуга на тебе? – забеспокоился гоблин.
– Под курткой.
Фернан, посовещавшись с десятниками и милордом Алистаном, махнул рукой, и отряд медленно двинулся к деревне.
– Держи арбалет под рукой, Гаррет, – посоветовал мне Делер, нахлобучивая на голову шлем.
Тревога и напряжение воинов передались и мне, я достал арбалет, взвел его и зарядил болты. Первый обычный, второй огненный. Делер прижал секиру ногой к лошадиному боку и тоже взвел арбалет, который был раза в три больше моего. Некоторые воины отряда поступили так же.
– Поспешаем медленно, ребята. Фернан сказал смотреть в оба, – произнес десятник Хрюч, когда отряд въехал в деревню.
Прямая улица была пустой и тихой, как будто все вымерли.
– Почему у этой деревни нет частокола? – спросил я.
– Бесполезно, деревня слишком большая, – ответил Сервин, держа руку на рукояти меча. – Замучаешься обносить, да и Кукушка под боком…
– Сервин, Кассани, Урч, Одноглазый! – оборвал ответ воина Фернан. – Проверьте дома, парами.
Воины соскочили с лошадей и по двое бросились к домам на правой и левой стороне улицы. Первый воин каждой пары держал арбалет, второй – меч. Мечник подбежал к двери ближайшего дома, ударил ее ногой, отворяя, прянул в сторону, пропуская арбалетчика. С другой стороны улицы происходило то же самое. Воины Пограничья действовали, как механические часы карликов – четко и точно.
Секунды текли слишком долго, я уже начинал подумывать, что ребята провалились в погреб, так долго их не было. Наконец воины вышли из домов и вернулись назад.
– Никого! – сказал воин первой пары.
– У нас тоже, командир, дома пусты. Никаких повреждений, ничего не разбито, на столе еда, похлебка давно остыла.
– Уверен, что и в других домах будет то же самое, милорд Алистан, – крикнул Медок графу.
– Может, у них какой-то праздник или свадьба?
– Никаких у нас праздников нет, – сказал воин с копьем. – И свадьбы с утра пораньше не бывают.
– Орки? – одними губами спросил Фонарщик.
