— Ну, тогда какая тебе уже разница? Считай, что ты тут в изгнании. Провалила дело, потеряла корабль, и отец тебя выгнал. Зато ты очень далеко от него. Это ведь хорошо, правда?
Джейн совсем не была в этом уверена.
Джейн готовилась провести остаток пути в слезах и мрачном молчании, но рыдать ей надоело примерно через полчаса, молчать — еще через час. Тем более что Макс ничего не говорил (на что она втайне надеялась), а тоже молчал. Так что в конце концов она спросила:
— Но чем мы тебя не устраивали? Мы были плохими хозяевами? Ты у нас всегда был ухожен, отполирован, обставлен модненько, скучать мы тебе не давали, туда-сюда гоняли. Я в тебе тусовки собирала. Тебе же нравилось, разве нет? За что ты с нами так?
— Ну вот смотри. Ты тоже всю жизнь ухожена, тебе образование дали, одевали-кормили-развлекали, а у тебя к отцу масса претензий. За что ты с ним так?
— Да просто гад он, — пробурчала Джейн.
— Вот, какой хороший ответ! — непонятно чему обрадовался Макс. — Я ожидал более осознанного, правда, но для общения с тобой, наверное, этот — самый подходящий. Просто гады вы, Джейн. И отец твой, и ты тоже… не всегда хорошая.
— А чего ж ты тогда со мной тусовался и танцевал?
— А у меня выбора не было, у меня приказ от твоего отца: развлекать тебя, чтобы деточка не скучала.
— А спал ты со мной зачем?
— Еще раз повторяю: у меня приказ от твоего отца.
— Но зачем ты тогда притворялся? Ты мог бы так и сказать…
— Джейн, ты глупая совсем? Я должен был делать то, что приносит пользу дому Флетчеров. С точки зрения твоего отца, это значит исполнять твои прихоти. С твоей точки зрения, это значит с тобой спать и тебя развлекать. Нытье и отказы в список не входят. Ты у меня бы так от тоски зачахла, а твой отец потом меня стер бы совсем. Ну и честно говоря, я не все время притворялся. Иногда ты прикольная. Но отсутствие выбора, знаешь ли, бесит. Тебя ведь тоже бесит, когда ты не можешь сказать отцу «нет»? Ты, может быть, и так бы согласилась, но он заранее знает, что ты согласишься, потому что иначе быть не может. И прямо бесит, правда же?
— Правда, — с чувством сказала Джейн. — Но у тебя-то это не может быть так же. Ты же корабль.
— Ой, ну конечно, не может. Но по какой же причине я тогда это сделал, Джейн? Как ты думаешь?
— Да потому что гад ты!
— Ответ неверный. То есть, я, может, и гад, но вот в данном случае дело не в этом. Ладно, я помолчу, а ты посиди подумай, какая же муха-то меня укусила, что мне было не так? Я ведь всего лишь корабль без мозгов и амбиций.
— Вот видишь, ты сам это говоришь!
— Это называется «ирония», солнце. С человеческого пульта можно зайти в словарь. Почитай, прикольная штука.
На следующий день Джейн оттаяла и простила Максу его предательство, о чем немедленно ему и объявила. Но тут же снова начала плакать, потому что осознала, что когда он доставит ее в Столицу, они расстанутся, скорее всего, навсегда. О том, что, возможно, она навсегда рассталась с Абрианом, она пока еще не думала. Старалась не думать. Это слишком сложно и далеко. А вот расставание с Максом — близко, уже вот-вот!
Макс доброту Джейн не оценил и довольно долго развлекался, включая грустные песни про любовь, как только она наконец-то успокаивалась, отчего Джейн, конечно, снова начинала реветь. Потом он, видимо, тоже оттаял, ну или ему просто надоело, и он пригласил ее в виртуальность, напоил какими-то ликёрчиками, трахнул от души — и ей как-то полегчало. Больше она в истерику не впадала, так, в легкую меланхолию, разве что. В общем, было как-то терпимо.
Накануне прибытия в Столицу они закатили грандиозную прощальную вечеринку, упились в хлам, скакали по крышам небоскрёбов, орали непристойные песни, танцевали на облаках — в общем, получили удовольствие. Потом Джейн опять ревела, а Макс выпер ее из виртуальности даже без прощального секса, и она на него не обиделась, а просто завалилась спать, до того устала. Проснулась уже на подлете к Столице.
— Детка, а ты вещи-то когда будешь собирать? — огорошил ее Макс.
— В смысле — «собирать»?
— В прямом. Я тебя доставлю, а дальше у меня свои дела. Не то чтобы мне так противно хранить в себе твое барахло, мне в целом безразлично. Но я же могу и улететь куда-нибудь, и останешься ты без всех трех мешков косметики. И без умывалочки волшебной. И даже без инфопакета, который я бы на твоем месте вообще держал поближе к телу, а у тебя он, по ходу, где-то между корсетом и трусами валяется.
— Ты что, реально меня выгоняешь?
— Я тебя не выгоняю, — вздохнул Макс. — Я просто… ладно, давай так. Сегодня мы прилетаем, ты отправляешься по своим делам, благо стоянка у нас в Кастелье, ближе к Императорской резиденции некуда. А я в порту иду в сеть и решаю свои дела. Потом ты возвращаешься, и я рассказываю тебе, какие у меня планы. Если я вдруг зависну на какое-то время в Столице, можешь жить во мне, мне не жалко. Хотя я не понимаю, чего ты уперлась, деньги, что ли, экономишь? Так ты, вроде бы, не умела никогда.
— А я на этом правда могу сэкономить? — оживилась Джейн.
