Джинни поджала губы в тонкую недовольную линию. Хотелось послать Реддла к дракловой бабушке, но, в очередной раз прочитав в мыслях свою священную мантру, протянула руку и не стала отказывать себе в удовольствии впиться ноготками посильнее в его руку. В ответ, конечно, её руку сжали с не меньшей «любовью».
Вихрь трансгрессии подхватил их, завертел. Множество смазанных силуэтов замелькало перед взором, из-за чего Джинни предпочла сжать глаза покрепче, боясь, что её банально стошнит. Джинни вцепилась в рукав Тома так, что ткань затрещала по швам. Её колени подогнулись, когда они приземлились, и она едва не грохнулась в лужу с мутной водой, но Том дёрнул её за руку, выравнивая баланс с жестокой аккуратностью хирурга.
Мерлин видит, она более чем уверена, что Том намеренно так грубо провёл их перемещение! Дыша как выброшенная на берег рыба, Джинни огляделась, сморщив нос.
— Зашибись местечко, — прохрипела она, выравниваясь и держась за руку Тома как за поручень магловского автобуса. — Уверена, здесь жили милейшие люди, — саркастично пропела всё тем же голосом, как наждачкой по стеклу, оглядывая прибитую к двери змею.
—
— Я думала, змееусты более... — она пощёлкала пальцами, подбирая подходящее слово, что вертелось на языке, — бережные? К змеям, — уточнила под уже алеющим взглядом. — А эти Гонты не кажутся особенно любящими змей, они то... Ладно, молчу-молчу, — застегнула воображаемую молнию на губах.
— Отлично, мне не придётся тратить магию на «Селенцио»! — прошипел Том, раздувая ноздри, как бык на корриде.
Джинни посмотрела на свою чёрно-красную мантию. Возможно, ей стоит идти за Томом? Так точно будет меньше шансов попасть под проклятье брошенное чересчур чувствительным слизеринцем. Хотя, конечно, услышь кто её мысли, разве что только у виска бы пальцем не крутили.
Идущий вальяжной, но от того не менее быстрой походкой с сосредоточенным лицом, он не выглядел как тот, кому подходило бы слово «чувствительный». Но Джинни он казался именно таким — возможно, она слишком к нему привыкла?
Встряхнув головой так, что капюшон сполз с головы, Джинни зашагала следом. Руки скрылись от холода в карманы мантии. Она без особого интереса разглядывала заросли, припорошенные снегом, напоминающие уродливых искажённых чудовищ. Такой же гротескный «дом» Гонтов принимал их впереди. Том с трудом открыл покосившуюся дверь, что с громким скрежетом о пол открылась, обнажая вид на пыльное помещение, напоминающее свалку. Грязное вонючее место.
Когда Том двинулся вперёд, Джинни схватила его за запястье. Их пальцы сплелись в мёртвый узел — её розовые ногти впились в его синеватые вены, его большой палец придавил её пульс так, что сердцебиение стало отдаваться в висках. Они замерли на пороге, как два дуэлянта перед первым залпом, пока где-то в глубине дома не скрипнула половица, заставив обоих вздрогнуть и... не отпустить руки.
— Мордредова срань! — громко воскликнула Джинни, отскакивая от поднявшей переднюю часть громоздкой змеи — ЗМЕЯ! — вцепившись мёртвой хваткой в плечо слизеринца достаточно, чтобы позже там появились отпечатки её пальцев. — Реддл, блять, пошипи ей, пусть свалит! — наставила она дрожащий палец на угрожающе шипящее создание.
— Это Нагайна Волан-де-Морта, всё же он не просто так оставил крестраж, — пожал плечами, как ни в чём не бывало, Реддл. Брови Джинни взметнулись к линии роста волос от негодования.
— Нам пиздец! — тараторила Джинни, вжимаясь в Тома. — Реддл, сделай что-нибудь с ней до того, как я тут всё сожгу или разгромлю, — дрожащим голосом пискнула она из-за его плеча.
Змея медленно их обползала, примериваясь, на кого броситься первым. Её вытянутые зрачки подрагивали, а плёнка века очень противно скользила по глазам. Фиолетовый раздвоенный язык скользил из её рта, пробуя воздух.
— Ты слишком драматизи-ируе-ешь, Джи-инни, — передразнил её Том, лучась самодовольством. Это гадкое высокомерие не стёрлось даже после того, как Джинни всем весом наступила ему на ногу. Разве что челюсти стиснул.
— Реддл! — потребовала Джинни, дёрнув его за рукав мантии.
— Ладно, раз ты так боишься, я смилостивлюсь над тобой, — нарочито ласково, как при разговоре с малым дитя, проворковал Том.
— Хватит языком молоть, используй его по делу! — вспылила Джинни, выхватив палочку. — Спалю к Мордреду!
— Хочешь узнать, в чём ещё... — Том запнулся. Его глаза округлились, а зрачки словно от испуга расширились, прежде чем он быстро отвернулся от Джинни, шепча что-то змее.
Джинни вопросительно подняла бровь, не находя ничего такого уж смущающего в почти произнесённой шутке. Ну пошутил намёком на похабщину — и что? У неё шесть братьев и Поттер. Уж Том-то должен знать, что она и не такое слышала... И видела. Джинни встряхнула образ смущённого Рона, что забыл запереть дверь ванной.
Бедная Гермиона даже не подозревает, что у этого извращенца есть её галстук. Фу-фу, сгинь — стукнула себя по лбу Джинни. Уже серьёзным тоном обратилась к Реддлу:
— Она доложит на нас?
— Нет.
