– Разумеется, – буркнул Пабло Пикассо, поднимая с пола разбросанные журналы. – Должен же кто-то привести в порядок это безобразие.
– Очень надеюсь, что мы не доставили вам особых беспокойств.
Вернувшись в сыскной отдел, инспектор Дриу сел в кресло и, расчистив стол от сваленных на него бумаг, взялся за перо.
Значит, все-таки русский копиист… Если подумать, то ничего удивительного. В России немало коллекционеров, которым по силам организовать кражу любого произведения искусства, в том числе и «Моны Лизы», а в последнее время мода на картины Франции и Италии возросла невероятно! Так что не стоит удивляться тому, что русские грабители стали действовать далеко за пределами Санкт-Петербурга. Хотя они являются всего-то небольшим звеном международной подпольной организации, специализирующейся на краже музейных ценностей по всей Западной Европе.
Преступники имеют широко разветвленную сесть в Италии, Франции, Англии, Голландии. Произведения искусства, похищенные в этих странах, переправляют в Швейцарию, страну, имеющую наиболее благоприятный климат для тайных сделок, откуда они стремительно расходятся в частные собрания американских и русских коллекционеров. Причем только на территории Франции действуют десятка два сплоченных профессиональных групп. Вылавливать их приходится поодиночке, но в тени всякий раз остаются истинные координаторы и заказчики преступлений. Рынок краж произведений искусства четко поделен, и в каждом районе действует собственная преступная группировка. А координируют столь масштабный мировой проект люди с большими возможностями и деньгами, – чаще всего крупные эксперты, имеющие безукоризненную репутацию, реже – известные антиквары.
И теперь у инспектора Дриу была реальная возможность добраться до самой верхушки. Человек, сумевший выкрасть «Мону Лизу», вряд ли работал через посредников, хотя бы в силу своего значительного профессионализма. Такие люди, опасаясь утечки информации, предпочитают общаться с первым лицом. Следует взять грабителя, а уж там можно выйти на заказчика и далее раскрыть всю преступную сеть.
Макнув перо в чернильницу, инспектор Дриу быстро написал на листке бумаги:
«
С Владимиром Филипповым инспектор Дриу познакомился в Карловых Варах, где они с семьями проживали по соседству в частных домах. За случайным разговором вдруг выяснилось, что оба работают в сыскной полиции, после чего их отношения укрепились. С момента их первой встречи господин Филиппов продвинулся до начальника сыскной полиции Санкт-Петербурга, а он так и остался в инспекторах. Правда, на дружбе служебные отношения не отразились. Филиппов дважды по своим должностным надобностям наведывался в Париж, всякий раз квартируя у своего старинного доброго приятеля, а инспектор Дриу, побывав в прошлом году с делегацией в Петербурге, не преминул сделать визит господину Филиппову. Так что инспектор Дриу вправе был рассчитывать на скорый и обстоятельный ответ.
«
Написав эпистолу, инспектор перечитал ее еще раз, отметив, что она приобретает несколько официальный и суховатый тон, но переделывать не пожелал. Сунув лист в папку, Дриу отправился на первый этаж, где располагался телеграф. Заходить в комнаты было приятно – за ключом телеграфа работала молоденькая сотрудница – Жанна Броньяр. Даже самый ненастный день с ее появлением приобретал радужные краски, а хорошее настроение на предстоящий день был крайне необходим.
Открыв дверь, он увидел, что девушка сидит за телеграфом.
– Жанна, мне нужно немедленно отправить это письмо господину Филиппову в сыскную полицию в Санкт-Петербург.
