Джонни и мертвецы полностью

В зале одобрительно зашушукались. Большинство явно считало, что все, кто моложе тридцати, к десяти часам должны быть в постели. В общем, Джонни почти не покривил душой. К десяти он обычно сидел у себя в комнате, хотя определить, в котором же часу гаснет свет, не удалось бы никому.

– Дайте парнишке спросить, – сказали из первых рядов.

– Он пишет реферат, – прибавил другой голос. Джонни узнал мистера Аттербери.

– Ну… хорошо. Что вас интересует, молодой человек?

– Ну… – Джонни чувствовал на себе взгляды собравшихся. – В общем, я… я хотел узнать: кто-нибудь из присутствующих может сказать что-нибудь, что изменило бы ситуацию?

– Вопрос (веки опустились) неуместный (поднялись!), – сурово объявила председательница.

– А по-моему, вопрос дельный, – возразил мистер Аттербери. – Почему бы представителю «ОСП» не ответить мальчику? Достаточно самого простого ответа.

Представитель компании открыто и честно улыбнулся Джонни.

– Разумеется, мы должны очень глубоко и всесторонне продумать все тонкости, – сказал он. – И…

– Но там уже стоит щит, на котором написано, что вы будете строить, – перебил Джонни. – Только мне кажется, многие против. Вы снимете объявление?

– Собственно говоря, мы купили…

– Да, за пять пенсов, – сказал Джонни. – Я дам вам фунт.

В зале захохотали.

– Я тоже хочу спросить. – С места поднялся Ноу Йоу.

Председательница оцепенела, приоткрыв рот. Ноу Йоу сиял улыбкой, всем своим видом заявляя: а ну вели мне сесть, попробуй!

– Слушаем вопрос молодого человека в рубашке… нет, не вас, а… – начала она.

– Вон того, черного, – любезно подсказал Ноу Йоу. – Почему муниципалитет продал кладбище?

Лицо председательницы мгновенно просветлело.

– Я (веки опустились) полагаю, что мы более чем подробно разъяснили это (ап! поднялись), – отчеканила она. – Содержание кладбища обходится нам в…

Бигмак ткнул Джонни в бок, показал на испещренный цифрами листок – их раздали всем присутствующим – и что-то шепнул приятелю на ухо.

– Но я не понимаю, что содержать на кладбище, – сказал Ноу Йоу. – По-моему, пару раз в год прислать кого-нибудь подстричь живую изгородь – не слишком дорогое удовольствие.

– Мы бы делали это бесплатно, – подхватил Джонни.

– Ты что?! – яростно прошипел Холодец. Он предпочитал, чтобы свежим воздухом дышали другие – и желательно подальше от него.

На них оборачивались.

Председательница тяжело вздохнула, давая понять, что Джонни безнадежный тупица, но она тем не менее уделит ему должное внимание.

– Факты, молодой человек, как я уже неоднократно объясняла, таковы: чересчур накладно содержать кладбище, которое…

Джонни, красный от смущения, слушал ее и вдруг вспомнил: всегда остается второй шанс. Если он сейчас сдастся, отступит, то до конца дней будет терзаться догадками «что было бы, если»; а потом, когда он умрет, ангел (хотя, судя по последним событиям, ангелы и на том свете большая редкость) спросит: эй, хочешь узнать, что было бы, если бы? И он скажет: да, честное-пречестное, и тогда ангел отошлет его назад, и, может быть, это и есть…

Он взял себя в руки.

– Нет, – сказал он, – неправда…

Председательница запнулась на полуслове.

– Да как ты смеешь! Не перебивай!

Но Джонни шел напролом.

– Вот тут, в ваших бумажках, сказано, что кладбище убыточное. Но кладбище не может быть убыточным. Это же не бизнес. Оно просто есть. Вот мой приятель Бигмак говорит: то, что вы называете убытками, – это просто стоимость земли под застройку. Проценты и налоги, которые вам выплатит «ОСП». А мертвые не могут платить налоги, значит, они ничего не стоят.

Представитель компании открыл рот, собираясь что-то сказать, но председательница остановила его.

– Демократически избранный Совет… – начала она.

– В этой связи я хотел бы затронуть несколько проблем, – вмешался мистер Аттербери. – Я хотел бы, чтобы с позиций демократии мне более четко разъяснили некоторые аспекты упомянутой сделки.

– Я хорошо изучил кладбище, – бросился в атаку Джонни. – Для… реферата. Я много там ходил. Там столько всего! Не важно, что никаких особых знаменитостей там нет. Здесь их знали все. Они здесь жили, работали и умирали. Это были люди. Неправда, что прошлое уходит навсегда. Оно никуда не делось. Оно здесь. Просто вы ушли вперед. Если проехать через какой-нибудь город, он все равно будет виден в зеркале заднего вида. Время как дорога, оно существует и за вашей спиной. То, что ушло в прошлое, не исчезает. Понимаете?

Сплинберийцы жаловались друг другу: надо же, как похолодало… что-то рановато.

По городу плавали маленькие островки холода.