— Вырасти почему-то не удается. И зарядку делал, и на каштане висел, а не расту. Сколько ни мерялись, Тарас все равно выше… А про кружок совсем забыл. Зато Майстренко объявил войну.
Папа кивнул:
— Да, мама мне рассказывала. Ну, а как дела у нашего Тараса?
Тот замялся:
— Ну, как?.. Тоже не очень. Но пятерка уже есть. И за год будет четверка, если хорошо напишу контрольную. Прочитал только сорок две книжки. Зато какие были толстые: «Приключения Незнайки» — раз, «Школа» Гайдара — два, «Есть стоять насмерть» — три, «Дерсу Узала»… Вот!
Сергий засмеялся:
— Чего ты оправдываешься? Сам же расписал тут. Сто! А почему не двести? Разве дело в количестве?
— Это ведь первый ваш план? — спросил папа. — Первый. Значит, и опыта не было. А вообще — недурно.
— Я думаю, дядя Коля, главное, что ребята попробовали. Ну и кое-чего все же добились.
— Вот-вот! И это самое главное. Так что выше носы, граждане Компанийцы! Вам же скоро в четвертый? Так составьте новый план. И не прячьте, а повесьте над столом, рядом с расписанием, — подмигнул папа. — Только помните: планы — это хорошо, а главное — выполнять их. Полный вперед, пионеры и комсомольцы!
И пошли домой. Впереди Артемко и Тарас в алых галстуках, трепетавших на легком ветерке, за ними курсант Сергий с комсомольским значком на груди, позади задумчиво шел папа Компаниец. Хороший, умный папа, коммунист, которого они так любили!
В это утро третий «А» собрался в классе раньше, чем всегда. Всем не терпелось увидеть Марию Яковлевну. Ведь вчера учительнице в Верховном Совете вручали орден Ленина.
В час дня в актовом зале яблоку негде было упасть. Третий «А» сидел на почетном месте — в первом ряду. Это ведь их праздник: они всегда говорили, что их учительница — самая лучшая. И вот теперь — видите!
На сцену вышел директор и, глядя за кулисы, зааплодировал. И сразу же аплодисменты подхватил весь зал.
Из-за кулис в строгом черном костюме с белым воротничком вышла Мария Яковлевна. На груди золотом сияет орден Ленина. Когда аплодисменты немного утихли, директор поднял руку.
— Прошу внимания, товарищи. У нас есть маленький сюрприз для Марии Яковлевны. Наша уважаемая юбилярша впервые пришла в школу тридцать лет назад, сразу после войны. Она воспитала много людей, которые сейчас самоотверженно трудятся в разных областях промышленности, науки, культуры. И вот сегодня… Сегодня тогдашние ученики тоже пришли поприветствовать свою первую учительницу.
Оркестр старшеклассников грянул марш из кинофильма «Дети капитана Гранта», и в зал один за другим стали входить седые и совсем молодые мужчины и женщины.
На сцене объятия, смех, поцелуи.
Первым взял слово низенький толстячок с усиками.
— Когда-то я был маленьким и чрезвычайно стеснительным мальчиком. И еще, признаюсь, у меня были не очень хорошие отметки. По чистописанию. Почерк был никудышный… Да и не почерк, одни закорючки. Как говорила тогда Мария Яковлевна, у меня одна буква лявониху пляшет, а другая гопак. Ох и намучилась она со мной! Спасибо от всего сердца вам, Мария Яковлевна. Правда, признаться, почерк у меня не стал идеальным. Напишу, а потом сам не разбираю. Зато навсегда запало в душу, как вы читали нам книги, стихи. И до сих пор помню то, что с вами учили, — и Шевченко, и Пушкина, и Котляревского, и Некрасова. Спасибо вам за любовь и ласку, спасибо за доброе сердце. А вместо подарка примите вот этот мой последний труд, наш дорогой Маяк!
И передал Марии Яковлевне книгу. По залу прошелестело: «Да это же писатель!»
А писателя уже сменил высокий стройный дяденька.
— Ух ты! Да ты знаешь кто это? — шепнул Скорняков Артемку. — Это же чемпион Советского Союза! Я знаю, я видел…
— Тише вы!!!
А чемпион уже говорил.
— Да, сегодня я — чемпион. Но самое смешное то, что в первом классе я часто хворал, и доктора освободили меня от физкультуры. Только Мария Яковлевна не освобождала меня. Наоборот, ходила к родителям, заставляла меня заниматься спортом, делать зарядку, обливаться холодной водой. И вот, если я чемпион, в этом большая заслуга моей первой учительницы.
Чемпион подошел к Марии Яковлевне и учтиво поцеловал ей руки. Сперва одну, потом другую.
От родителей поздравляла Марию Яковлевну мама Майстренко. Она говорила долго и все время улыбалась. В конце вручила хрустальную вазу. Мария Яковлевна смутилась и поставила вазу сбоку, на столе.
А потом поздравляли еще капитан дальнего плавания, недавно побывавший во Вьетнаме, директор магазина, балерина, полковник, медсестра. Все подносили Марии Яковлевне цветы, она ставила их на стол, и вскоре ваза совсем исчезла среди гвоздик, тюльпанов и сирени.
Но вот директор глянул на Таню Майстренко.
— Мы тут немного освободим сцену, передвинем стулья — поздравить Марию Яковлевну хотят ее сегодняшние воспитанники. Слово имеет третий «А»!
Вот это был концерт! Таня Майстренко, как и было условлено, объявила: «Примите, дорогая Мария Яковлевна, наши поздравления», и начались песни, танцы, фокусы Артемка и Тараса, пантомима. Недаром же третьеклассники столько репетировали!
