Класс зашумел. Каждый хотел сказать свое. И то, что известно о первых пионерах, и о Владимире Ильиче Ленине, чье имя носит пионерская организация, и о Надежде Константиновне Крупской, чьи письма к пионерам читала Мария Яковлевна.
— Тише, тише. А то вся школа к нам сбежится. Я вот о чем. Приятно, что мои октябрята уже выросли. Радостно, что вы хоть и делаете ошибки, но умеете их осудить.
Учительница подняла вверх бумажку. Все вытянули шеи, стараясь что-нибудь разглядеть.
— В этом меня убедила эта записка. Писать вы научились. Но, по-моему, лучше все сказать вслух.
Заканчивая урок, Мария Яковлевна неожиданно обратилась к Тане:
— Таня, ты при всех несправедливо обвинила Артемка в том, чего он не делал. Так нехорошо — бросать тень на товарища, не разобравшись.
Таня сердито глянула из-под насупленных бровей.
— А я знаю, что это он!
— Нет, не он! Вот у меня документ, в котором совсем другой мальчик осуждает свой нехороший поступок и, между прочим, просит прощения… у всех.
— Кто ж это? — не сдавалась Таня. — За такие выходки надо судить!
— Ну, зачем же судить, Танюша? Обойдемся и без суда. С кем не бывает. Тот мальчик пока не сознался открыто. Но это не главное. Как думаете, третий «А»?
Снова поднялся шум, крик. Хорошо, что прозвучал звонок. Все высыпали в коридор. И как-то так вышло, что Артемко, Тарас и Сергийко очутились возле Марии Яковлевны. Артемка разбирало любопытство.
— А вы знаете, кто написал этот документ?
— Знаю… А что?
— Откуда же вы знаете? — тихо пробормотал Сергийко.
— Я и до этого догадывалась. А кроме того, будьте же наблюдательны. Документ написан пером, а у всех мальчиков в нашем классе шариковые ручки. У всех… кроме одного.
И ушла.
Мальчишки постояли минуту да как расхохочутся! Оказывается, все так просто! И выше всех прыгал Сергийко, подняв над головой ручку. Красивую зеленую ручку с золотым пером — папин подарок на день рождения.
Артемко и Тарас долго будут помнить этот день.
Третий «А» стоит у памятника Неизвестному солдату. Хотя официально он называется обелиск Славы, но все школьники называют этот памятник именно так: Неизвестный солдат.
Конечно, и сами сто раз читали торжественное обещание и слышали, как товарищи учили его наизусть. Кажется, ну что там нового?
И все же… Слова почему-то сразу так и стали перед глазами, как будто кто-то написал Их в воздухе пламенеющей краской. Нет, это не просто обещание, это первая в жизни клятва.
«Я, вступая в ряды пионерской организации…»
Каждый понимал, что он теперь не просто мальчик или девочка, а частица всей страны, огромной и могучей, которую знают и почитают во всем мире. Страны доброй и справедливой.
На груди алеет галстук, только что повязанный вожатой. И вокруг так весело! И так солнечно!
Поздравить третьеклассников пришли к памятнику и папа с Сергием.
Возвращались домой всем классом, до самого «Арсенала».
Отец улыбался, перешептывался с племянником. Должно быть, вспоминал день, когда сам стал пионером. А третьеклассники шли весело, пальтишки расстегнуты, чтобы всем было видно: они уже не октябрята, стали старше. Отныне они пионеры!
Хорошо, что тепло. Правда, и на морозе отец, верно, не заставил бы сыновей застегнуться на все пуговицы.
Вы же понимаете почему…
Артемко, поглядывая на папу и Сергия, спросил:
— У вас еще есть полчасика?
Сергий щелкнул каблуками:
— В вашем распоряжении — до двадцати двух ноль-ноль!
Папа широко улыбнулся.
— Хоть сутки. Теперь я вольный казак.
— Тогда пошли к дубу, — обрадовались братья.
— Куда? — не понял отец.
— Пошли, там увидите.
И вот они на той лужайке, где мы встретились с Тарасом и Артемком первого сентября. Помните?
Мальчики отмерили по три шага от ствола дуба. Предусмотрительный Артемко вынул из кармана складной нож.
— Ты что-нибудь понимаешь? — спросил отец племянника.
— Ничего! — ответил тот.
Тарас, сидя на корточках, поднял голову:
— Это наш секрет.
Выкопали коробочку Тараса и гильзу Артемка. Положили на траву.
Папа наклонился к «секретам».
— Насколько я понимаю, секрет у каждого свой?
Артемко кивнул брату:
— Начинай ты!
Тарас пожал плечами:
— Почему же я? Ты старший, вот и давай.
— Ну что ж, он прав. — Артемко, сопя, осторожно вытащил из гильзы бумажку и прочитал:
Потом прочитал свое и Тарас:
Папа помолчал, потом взял из рук сыновей бумажки, еще раз прочитал написанное.
— Ну и как? Все выполнили?
— Вообще-то, дядя Коля, ребята напланировали ого! — сочувственно сказал Сергий.
Артемко покраснел.
