С Барчуком так не получалось. С ним случалось безумие, незапланированное, немного постыдное, но от этого настолько фантастическое, что после в душе и во всём теле ощущалась лишь пустота и трепет. Вот и сегодня всё случилось бездумно, всего несколько поцелуев, жарких, соскучившихся, и его руки уже под подолом её юбки, расстёгивают молнию и стягивают трусики. Алёна ещё попробовала протестовать, что-то сказать, по крайней мере, напомнить, что в этой квартире есть спальня, а в ней огромная кровать. Но ей закрыли рот поцелуем, настолько страстным и упоительным, что спустя пару минут она сама потянулась к пряжке его ремня. Надо сказать, что подобного с ней ещё не случалось. Кухня, обеденный стол, распахнутая балконная дверь, и гуляющий по комнате ветер. И она, голая, на столе, прильнувшая к разгорячённому мужскому телу, без единой мысли в голове. Может быть, сумев опомниться, всего на мгновение, и взглянув на происходящее со стороны, ей стало бы смешно, а они с Мишей показались бы глупыми и нелепыми, но с ним опомниться не получалось, и Алёне было совершенно всё равно, чем именно они занимаются. Любовью, сексом или играют в шахматы на раздевание. И только когда из груди вырвался стон, а руки безвольно скользнули по его груди, она открыла глаза и стала смотреть в его лицо. Миша навис над ней, упёрся руками в стол и наблюдал.
– Я же говорил, что тебе нужно расслабиться, – проговорил он, усмехнувшись.
– Ты помог, – согласилась Алёна в лёгком смущении. Попробовала сесть, но Михаил удержал её, и лежать перед ним голой на обеденном столе всё же было неловко. А он ещё и разглядывал её, ощупывал взглядом, водил ладонью по её телу, затем потянул за волосы. Алёне пришлось подчиниться, закинуть голову, а Барчук наклонился и прижался губами к её шее, даже сделал попытку укусить. Алёна прикрыла глаза и выдохнула, получилось с надрывом. И кожей почувствовала, как губы Миши раздвинулись в довольной улыбке. Затем он поднял голову и заглянул Алёне в глаза.
– О чём ты думала?
Она посмотрела на него, недовольная его вопросом. А ещё тем, что он вообще заставляет её что-то говорить и как-то формулировать свои мысли в этот момент.
– Ни о чём я не думала!
Он улыбнулся, весьма довольный собой.
– А теперь представь, что так будет каждый день. Что ты каждый день будешь думать только о том, что происходит здесь и сейчас. Судя по тому, как ты поддаёшься, – он многозначительно хмыкнул, – на мои уговоры, тебе будет нетрудно перестроиться.
– Всерьёз собираешься взять надо мной шефство?
– Если честно, горю желанием, – ответил он ей в тон.
Алёна всё-таки рассмеялась. А потом уже предприняла решительную попытку выбраться из-под его тела.
– И нацелены на результат, Михаил Сергеевич. – Обернулась на него и добавила: – Мне это очень нравится.
Принять тот факт, что в её жизни появился Михаил Барчук, было достаточно сложно. Речь даже шла не о новом мужчине, не о любви, не о страсти, которая, без сомнения, в их отношениях играла ключевую роль. Всё дело было в том, что это именно Михаил Барчук. И Алёна не могла так сразу ответить на вопрос, что именно в Мише так будоражит и волнует её кровь. При любой возможности, она наблюдала за ним украдкой, прислушивалась к его голосу и дыханию, и понимала, для себя понимала, что совершенно неожиданно оказалась на краю огромной пропасти. Это было незнакомое ощущение, и, если честно, не такое уж и страшное. Она довольно часто ловила себя на мысли, что смотрит в эту пропасть, будто пытается заглянуть в собственную душу, и искала в темноте и пустоте ответы. Наверное, потому, что её жизнь, череда её привязанностей к людям, и напоминали ей бездонную яму. Люди, даже важные для неё, появлялись и исчезали, будто шагали с обрыва, и думать о них, страдать, смысла не было. Никто никогда не возвращался, и Алёна приучила себя не заглядывать в эту пустоту, не ждать их. А теперь пыталась рассмотреть в этой пропасти себя саму. И где-то далеко внизу почему-то видела Мишу, и это пугало. Барчуку совершенно нечего было делать в её душе, даже на её донышке. Особенно там, ведь изгнать его с такой глубины будет очень непросто. Но он был там, был рядом, что-то делал, говорил, смеялся иногда, и на Алёну поглядывал со значением. А она притворялась спокойной и равнодушной, а сама украдкой наблюдала за каждым его движением и жестом.
Таких мужчин следовало бояться. Смешно, но ей об этом когда-то рассказал Валера. Что есть на свете мужчины, всё-таки есть, которые проходят по жизни женщины бульдозером, не предпринимая для этого особых усилий. Порой одной улыбкой, или единственной ночью, а женщина теряет покой и разум. И поэтому следует держаться от таких мужиков подальше.
