– Хорошо, – отозвался Вадим, и отключился. Алёна точно знала, что он всё ещё недоволен. Но, скорее, не происходящим, а лично ею.
Зоя подошла к столу с нагруженным подносом, и похвастала:
– Смотри, сколько всего!
– Ты планируешь всё это съесть?
– Что не съем, с собой заберу.
Она вернула Алёне банковскую карту, присела за стол, а та поторопилась взять стакан кока-колы, и сделала глоток. А Зое сказала:
– Всё хуже, чем я думала.
– Что ещё случилось?
– Вадим рассказал о тебе матери. Та хочет устроить завтра семейный обед.
Зоя глаза вытаращила.
– Чтобы на меня посмотреть?
– На нас с тобой вместе.
Зоя развернула хрусткую бумагу, откусила гамбургер и от удовольствия прикрыла глаза. Пожевала, после чего на Алёну посмотрела и пожала плечами.
– Ну, пусть посмотрит. – После чего добавила мягче и проникновеннее. – Я тебе обещаю, что буду вести себя идеально. Я умею, правда. В крайнем случае, буду помалкивать.
– Вот это правильное решение.
– Не переживай, – попросила её младшая сестра. – Всё будет хорошо. Я сделаю всё, чтобы исправить то, что натворила.
Любопытно, но от её серьёзного тона, Алёне, на самом деле, стало чуть спокойнее. Она тоже принялась за еду, посматривала в окно, думала о завтрашнем тяжёлом дне и испытании, что ей предстоит. Если бы ей предстояло справиться со всем этим одной, не волновалась бы так, за себя и своё воображение, она могла поручиться, а вот за девушку, с которой у неё хоть и одна кровь, но совершенно разные представления о жизни, ожидания, нисколько. К тому же, Зоя выглядела совсем не так, как должна выглядеть её младшая сестра. Алёна долгие годы работала над своим образом, всё было взвешенно и продуманно, и даже не ею, а опытными стилистами и знатным вруном и актёром по жизни Валерой. А Зоя выглядела стопроцентной провинциалкой. И с этим необходимо было что-то сделать.
– Доедай, и поедем по магазинам. Тебя необходимо приодеть.
Зоя в первый момент удивлённо замерла, но тут же просияла. Её жизнь, как она сошла с поезда, превратилась в сказку. У Алёны, в своё время, такой заботливой феи-крёстной не случилось.
Вечер выдался довольно насыщенным и трудным, домой Алёна приехала поздно и выжатая, как лимон. Вот только Вадима не застала, он ужинал у родителей. И Алёне оставалось лишь предположить, какие беседы они ведут в её отсутствие. Наверняка, обсуждают, какая она скрытная, а это весьма опасная черта для семейной жизни. Она так и слышала голос Анны Вячеславовны, как та рассуждает о её тайной личности, скрытых комплексах и страхах. А ещё о страсти убегать от действительности, раз уж и семью от будущего мужа скрывает. Значит, с её семьёй не всё так благополучно, как она рассказывала. Это было самое страшное: вызвать у будущей свекрови серьёзные подозрения. Анна Вячеславовна вполне может додуматься до того, чтобы нанять частного детектива. Ради благополучия единственного сына, она на многое готова.
И только у Зои было всё замечательно. Алёна целый вечер потратила на то, чтобы объяснить младшей сестре правила жизни в большом городе. Как следует себя вести, куда не следует ходить и с какими людьми общаться. Хотя, чем-чем, а опасными личностями Зою точно не удивить. Но больше всего времени заняли покупки. Алёна старалась быть аккуратной в своих определениях и вкусах, но, в конце концов, пришлось прямо Зое сказать, что так, как одевается она, одеваться нельзя. Что это вызывающе, даже вульгарно, и не добавляет ей ни красоты, ни серьёзности. А девушка, при всей её улыбчивости и обаятельности, должна быть серьёзной в своих решениях и суждениях. Что нет необходимости так ярко краситься каждый день и с самого утра. Что крутые кудри, подпрыгивающие вокруг её лица при каждом шаге и движении, не слишком ей идут. И, вообще, столь вытравленный цвет волос уже давно не в моде.
Выдохшись от бесконечных поучений и наставлений, Алёна в какой-то момент остановилась, вздохнула и сказала:
– Большой город – это другая планета. Это не наш Климовск. Хочешь жить здесь, забудь о жизни там. И начинай всё сначала.
Конечно, поучениями и критикой Зоя была не слишком довольна, но почти не спорила. В конце концов, ей купили новую одежду, новые туфли и даже сумочку. А ещё отвели в настоящий салон, где исправили причёску и сделали свежий маникюр. Избавились от алых, вызывающе длинных ногтей. А увидев сестру впервые без макияжа, Алёна с удивлением обнаружила под ним совершенно детское личико, Зоя выглядела на семнадцать, не больше. И девочку стало жаль.
Наверное, впервые в жизни Алёне стало кого-то жаль. И помочь захотелось. И это желание подкреплялось тем, что человек-то не чужой, она ведь прекрасно помнит её малышкой, как играла с ней, качала на руках и укладывала спать. Очень бы хотелось забыть, и она много лет изо всех сил старалась это сделать, но она помнит. Всё отлично помнит.
А потом они сидели в кафе, и долго-долго обсуждали, что завтра скажут родителям Вадима и ему самому.
– Главное, ничего не перепутай, – просила Алёна.
