Наверное, в Зое всё же было что-то такое, из-за чего люди к ней проникались. Иллюзия теплоты, а, может, и отличные актёрские способности. Она умела улыбаться и смотреть человеку в лицо с доверием и пониманием. В Алёне этого не было, ей было трудно кому-либо доверять, её этому не научили, поэтому и притвориться, разыграть это чувство никогда не получалось. Она могла улыбаться, могла быть милой, сговорчивой и понимающей, даже открыто проявить участие, но доверять она не умела. Всегда стремилась контролировать происходящее вокруг себя. И поэтому ей настолько удивительно было наблюдать, как её младшая сестра спокойно общается с её будущей свекровью, а та буквально излучала сочувствие и желание помочь бедной девочке. По всей видимости, придуманная ими история воссоединения сестёр произвела на Анну Вячеславовну неизгладимое впечатление. Вот только Алёне она почему-то не торопилась сочувствовать, хотя, та и раньше не раз рассказывала семье жениха о трагической гибели родителей, и о том, что ей пришлось с семнадцати лет самой строить свою жизнь. Учиться, делать карьеру, принимать важные решения. А это было не так-то и просто для молодой девушки в большом городе, полном опасностей и аферистов. Но, видимо, слова Алёны абсолютного доверия и сочувствия не вызывали, а вот Зоя смогла чем-то впечатлить и зацепить Анну Вячеславовну. Это заставило Алёну насторожиться, но это был первый день знакомства, и проявленный интерес, в принципе, был вполне объясним.
– Ты должна поддержать девочку, – сказала ей будущая свекровь на прощание. Зачем-то проговорила это Алёне на ухо, приобняв за плечи, словно сообщала великую тайну. Затем отстранилась и заглянула Алёне в глаза. Сдержанно улыбнулась. – Не оставляй её одну. Она твоя младшая сестрёнка. Окажи ей поддержку. Даже если это кажется тебе странным и неуместным.
Алёна немного смутилась от её слов.
– Почему неуместным? – переспросила она.
А Анна Вячеславовна чересчур понимающе улыбнулась, погладила Алёну по руке.
– Думаю, мы с тобой обе это прекрасно понимаем. Но ты должна сделать над собой усилие. Тебе же это пойдёт на пользу, вот посмотришь.
Алёна продолжала непонимающе хмуриться, и Анна Вячеславовна вдруг многозначительно закатила глаза.
– Алёна, ты человек сдержанный на эмоции, ты сама это знаешь. Думаю, Зоя может помочь тебе раскрепоститься, научить тебя больше доверяться людям. По крайней мере, самым близким.
Алёна разглядывала мать жениха, старалась сохранить спокойное выражение на лице, а в перспективе и улыбку изобразить, но после этих слов ей очень хотелось Анну Вячеславовну от себя оттолкнуть. А ещё с удовольствием озвучить несколько слов из своей детдомовской юности, чтобы уж точно завершить общение на позитивной ноте, и чтобы никому в этой комнате мало не показалось. Что значит – сдержанная на эмоции? Она, что изо дня в день, в течение почти двух лет, старалась быть милой, дружелюбной и общительной с родителями Вадима, она, что каждую среду ходила с Анной Вячеславовной обедать и по магазинам, выслушивала всё, что та ей говорила, весь снобистский бред, оказывается – сдержанная на эмоции и ей необходима помощь?
Она ненавидит психологов и психологию в целом. И когда-нибудь не постесняется сообщить об этом Анне Вячеславовне прямо в лицо. Правда, прежде нужно выйти замуж за её сына, а уже после обдумывать планы мести.
– Позволь Зое побыть рядом с тобой, – добавила Анна Вячеславовна, – она милая девушка. Смешливая. А тебе перед свадьбой необходимы положительные эмоции.
Алёна всё же растянула губы в улыбке.
– Вы правы. Я рада, что она приехала.
– Вот и замечательно. А то ты общаешься только с Вадимом, это не слишком хорошо для твоего духовного развития.
Ещё одна иголка ей под ноготь. Алёна едва дождалась, когда за родителями жениха можно будет закрыть дверь. Секунду ещё стояла, вцепившись в дверную ручку, а взглядом прожигая внутреннюю отделку на входной двери. А когда всё-таки обернулась, увидела Зою.
– Всё прошло нормально, – сказала та.
Алёне оставалось лишь кивнуть. Безумно разболелась голова, кровь гулко стучала в висках, хотелось схватиться пальцами за виски, запереться в тёмной комнате и долго-долго не шевелиться и ни о чём не думать.
– Ты плохо себя чувствуешь? – спросил Вадим, заметив её бледность.
– Устала, – отозвалась Алёна. – И голова разболелась. – К сестре обернулась. – Ты не обидишься, если я отвезу тебя в гостиницу?
– Нет, конечно. – Зоя хмыкнула, кинула на Вадима весёлый взгляд. – Пора и честь знать, нагостилась.
– Не говори глупости, – отозвался тот. И предложил Алёне: – Давай я отвезу Зою. А ты ложись и отдыхай. Я тебе говорил, что ты слишком нервничаешь из-за этого обеда.
Алёна благодарно улыбнулась любимому, приподнялась на цыпочки и поцеловала его в кончик носа, как он любил.
– Спасибо, милый. Я, на самом деле, без сил.
Зою пришлось тоже поцеловать в щёку, потому что сестра сама кинулась ей на шею на прощание.
– Отдыхай, – посоветовала ей Зоя. – А завтра созвонимся и пойдём смотреть свадебное платье, да?
Алёна согласно кивнула.
