– Ты вся бледная, – участливо проговорил Вадим, прежде чем отпереть дверь квартиры. Даже под локоток Алёну поддержал. Открыл дверь, и прямо за ней оказалась Зоя. Алёна от неожиданности нахмурилась, вдруг подумалось, что сестра так под дверью и стояла, поджидая их. И выглядела Зоя странно обеспокоенной. В таком состоянии люди обычно принимаются задавать вопросы, но сестра поспешно отступила и раздвинула губы в широкой улыбке. Вот только взгляд её выдавал, метался с лица Вадима на лицо Алёны. И бормотала Зоя какую-то чепуху.
– Наконец, вернулись. Мне не по себе одной было. Как-то странно себя чувствовала. Вам понравился ужин? Вадим, вот тапочки.
Тапочки показались Алёне особо странными предметами во всём происходящем. Она остановилась посреди прихожей, и на тапочки жениха уставилась. Их только что к его ногам собственноручно поднесла её сестра. Алёна на Зою посмотрела, но ни одного вопроса в её голове сформироваться так и не смогло. Зоя её опередила и принялась выпытывать:
– Что с тобой? Ты очень плохо выглядишь. Бледная, уставшая. Правда, Вадим?
– Спасибо за правду, сестрёнка, – пробормотала Алёна без всякой радости и признательности за заботу.
– Девочки, успокойтесь, – миролюбиво проговорил Прохоров. И обеих приобнял за плечи. На Зою посмотрел и вкрадчиво сказал: – У Алёны сильно разболелась голова, ей нужно срочно лечь.
– Что же, ужин был испорчен? – Этот вопрос сестры Алёна услышала уже по пути к своей спальне. Зоя задала его негромко, и ей показалось, что с определённым умыслом. Но даже оглянуться и попытаться вникнуть в то, на что сестра намекала, Алёне в данную секунду показалось чудовищным издевательством над собой, и она вошла в спальню и плотно закрыла за собой дверь.
– Какие планы на день? – спросил её утром Вадим. Они завтракали, как уже повелось, втроём, так сказать, семья за одним столом собиралась, и это должно было радовать и благотворно на всех влиять, как уверяла Анна Вячеславовна.
Алёна отвлеклась от своих мыслей, подняла голову и посмотрела на жениха, потом на сестру. Зоя выглядела прелестно, молодой и свежей, на мир смотрела с радостью и спокойствием, сестру ничто не тревожило – ни какие-либо проблемы, ни совесть. Алёна полагала, что она сама так не выглядела. Причём не только сегодняшним утром, а уже несколько недель. Она была нервной, расстроенной и озабоченной.
– У меня единственный план, – рассмеялась Зоя. – Пойду на любимую работу.
Алёна водила ложечкой в чашке с кофе. Есть совершенно не хотелось.
– Я поеду в Солнцево, – проговорила она после паузы.
Вадим удивился.
– Зачем?
Опять пришлось врать и выкручиваться. Хотя, не такая уж откровенная была ложь, зависело от того, какой смысл в её слова вкладывать.
– Барчук вчера попросил. Даже настаивал. Он подходил ко мне, когда ты говорил с Шохиным. Ты не заметил?
– Заметил, конечно. Странно, что он мне ничего не сказал.
Алёна лишь плечами пожала.
– Я же веду этот проект. Он обращается ко мне напрямую.
Вадим наградил её странным взглядом. Словно слова Алёны пришлись ему не по душе, словно она попыталась его задвинуть в угол. Но в данный момент ей было не до самолюбия Вадима. Предстояло решить проблему с Барчуком.
– Я подвезу Зою до офиса, – сказал любимый. Алёна лишь кивнула, изобразила благодарную улыбку, если честно, ей не терпелось покинуть квартиру, чтобы можно было прекратить притворяться, улыбаться и изображать деловитость. Только вернулась от двери, чтобы поцеловать Вадима на прощание.
– Пока.
– Пока, – отозвался он. Смотрел ей в глаза и улыбался.
Дома уже некоторое время царила странная атмосфера, когда все друг другу улыбались. Алёна совершенно неожиданно подумала об этом, открыла дверь и обернулась через плечо. Вадим всё ещё стоял, смотрел ей вслед и улыбался. Алёна дверь закрыла, продолжая чувствовать странную тревогу. Потом мысли вернулись к предстоящему разговору с Михаилом, и она поспешила вниз по лестнице.
На выезде из города неожиданно попала в пробку, и поэтому до Солнцево, в общем счёте, пришлось добираться почти два часа. Её автомобиль без проблем пропустили на территорию, видимо, заранее получили указания. То есть, Михаил Сергеевич ждал, и не сомневался, что она приедет.
– Где Барчук? – поинтересовалась она у охраны.
Мужчина в форме почесал в затылке.
– Либо в офисе, либо на пристани.
И Алёна двинулась уже знакомой ей дорогой. В последний раз в посёлке она была больше месяца назад, и с тех пор кое-что изменилось. Дома на первой линии у реки оказались почти достроенными, а дороги заасфальтированными. Алёна катила по новенькой, идеальной дороге, и когда вышла у автомобиля напротив пристани, уже не беспокоилась о пыли. Хотя, сегодня она была в таком состоянии, что, вообще бы, о ней не беспокоилась, даже не вспомнила.
