Вместо того чтобы дать Шотландии нового короля, Эдуард I решил править напрямую, как в Уэльсе. Он освободил Джона Балиола из лондонского Тауэра, предоставил ему кров в Англии и назначил пенсион. Шотландия для него перестала существовать в качестве независимой державы, поскольку рассматривалась теперь исключительно как часть королевства. Эдуард I даже не позаботился включить ее в официальный перечень своих титулов, который остался без изменений — «король Англии, лорд Ирландии и герцог Аквитанский». Да и его подданные не именовали больше Шотландию королевством, а называли ее просто Шотландской землей.
Затем Эдуард I отбыл на юг, по пути приказав заселить опустевший Берик английскими торговцами. Управлять Шотландией он поручил Джону Уоррену графу Саррейскому. Передавая наместнику печать Шотландии, король грубо пошутил: «Правильно поступает тот, кто избавляется от дерьма!»[118] Канцлером был назначен Уолтер де Амерш, казначеем — крайне непопулярный в народе толстяк Хью де Крессингем, юстициарием — Уильям де Ормсби. Администрация Шотландии обосновалась в Берике, который англичане сочли более удобным для этой цели, чем Эдинбург.
Англия ликовала. Народ повсюду распевал незамысловатые песенки собственного сочинения, в которых высмеивались шотландцы:
Одержав безоговорочную победу над Шотландией, Эдуард I снова вернулся к войне с Францией. Проблема англо-французских отношений была по большому счету неразрешимой. Суверенный король Англии считался пэром Франции и вассалом французского короля в качестве герцога Гиеньского, и этот факт не давал покоя обоим монархам. Филипп IV проводил четкую политику по утверждению своего безусловного суверенитета над всеми французскими ленами без каких-либо исключений. Поэтому он настаивал, что имеет полное право выслушивать в Париже апелляции гасконцев против решений Эдуарда I, а также требовать от английского короля военной службы. В довершение всего, на нынешний момент большая часть Гаскони была фактически оккупирована французскими войсками.
Генри де Лейси граф Линкольнский некоторое время умудрялся поддерживать в герцогстве
Когда французское войско покинуло пределы Гаскони, графу Линкольнскому удалось вновь собрать армию и даже провести успешный рейд на Тулузу, сжигая и грабя всё, что попадалось ему на пути. Однако эта акция не имела большого военного значения. На Пасху 1297 года было заключено крайне невыгодное для англичан перемирие, в результате которого почти вся Гасконь осталась в руках французов.
Эдуард I собирался атаковать противника одновременно из Гаскони и из Фландрии, чей правитель Ги де Дампьер набрался, наконец, мужества присоединиться к союзу против Филиппа IV. Сделал он это, уступая все возраставшему давлению торговых городов Лилля, Брюгге, Довая и Ипра, крайне недовольных английским эмбарго на экспорт шерсти.
Граф Фландрский был не единственным союзником, которого приобрел Эдуард I. Воюя с шотландцами, король не забывал об активной дипломатической работе по созданию антифранцузской коалиции, поскольку рано или поздно рассчитывал вернуться к гасконскому вопросу. В январе 1297 года он выдал свою пятнадцатилетнюю дочь Элизабет Ридланскую замуж за двенадцатилетнего Яна I графа Голландского, куда более расположенного к англичанам, чем его отец Флорис V (кстати говоря, убитый именно из-за своих профранцузских симпатий).
Эдуарду I удалось склонить на свою сторону также группу знатных бургундцев из Франш-Конте во главе с Жаном де Шалоном-Арле виконтом де Безансоном, которые за 60 тысяч турских ливров обязались выставить 500 кавалеристов. Англичане могли надеяться и на помощь Амедео V графа Савойского. Таким образом, в союзе состояли теперь Голландия, Германия, часть бургундских сеньоров, Гельдерн и Фландрия. Территориально владения участников коалиции простирались от побережья Ла-Манша до Рейна.
