Когда королевское войско смогло выступить на Линлитгоу, то выяснилось, что даже огромного обоза не хватает для снабжения армии, идущей по разоренной стране. Между тем основная часть флота с провиантом задерживалась в Берике из-за неблагоприятных ветров. Констебль Эдинбурга получил 24 июля только 100 четвертей пшеницы, десять бочонков вина и три — соли. В начале августа в армию прибыли лишь 200 бочек вина. Таким образом, у солдат Эдуарда I оказалось вина больше, чем еды. Это чуть было не привело к катастрофе. Валлийские лучники, боевой дух которых и так был не на высоте, как-то перебрали вина, начали бунтовать и угрожали дезертировать. Пришлось задействовать английскую кавалерию, чтобы подавить мятеж. Латники действовали крайне жестко, так что погибло около 80 валлийцев.
Эдуард I всерьез подумывал о возвращении в Эдинбург, когда разведчики донесли, что Уоллес разбил лагерь в Каллендарском лесу, недалеко от Фолкёрка. Период вынужденного безделья закончился, и в армии быстро восстановилась дисциплина. Король немедленно поднял войско и повел его быстрым маршем навстречу неприятелю. В ту ночь англичане устроились на ночлег около Линлитгоу. Как писал хронист: «И расположились они на отдых прямо на земле, и служили щиты им подушками, а постелью — доспехи»[133]. Эдуард делил со своими солдатами все тяготы похода, за что и поплатился. Королевский конь случайно наступил на хозяина, лежавшего на земле, и сломал ему два ребра.
Неприятная травма причиняла королю сильную боль, однако не заставила его поменять планы. Ранним утром 22 июля, в праздник святой Марии Магдалины, первые лучи солнца пробились, наконец, сквозь окутывавший место ночлега туман. Эдуард I прослушал мессу, которую отслужил князь-епископ Даремский. Затем он проехал во главе своих войск по улицам Линлитгоу, направляясь к Фолкёрку. Шотландцы уже приготовились к обороне и поджидали англичан за небольшим болотом, имея в тылу Каллендарский лес. У Уоллеса было много копейщиков, но всего лишь горстка латников. Он расположил свою пехоту четырьмя шилтронами — плотными круговыми построениями, которые ощетинились четырехметровыми копьями и могли выстоять против страшного удара тяжелой кавалерии. Между шилтронами заняли позиции лучники из Эттрикского леса, а латники выстроились в тылу пехоты. Битва обещала быть жестокой и кровавой.
Эдуард I предполагал атаковать шотландцев с двух сторон, обойдя болото. Однако валлийские лучники, в задачу которых входило засыпать стрелами позиции оборонявшихся, отказались идти вперед. Пока граф Норфолкский, граф Херефордский и граф Линкольнский искали путь в обход болота с запада, князь-епископ Даремский, не дождавшись их, нанес удар с востока. В результате его баталия понесла ощутимые потери, но не отступила и продолжала сражаться.
Наконец, графы нашли путь к врагу и вступили в бой. Подтянулась и валлийская пехота. Шотландская кавалерия бежала с поля боя, даже не попытавшись оказать сопротивление. Эттрикские лучники, оказавшиеся вне защитного строя, были уничтожены латниками. Шилтроны мужественно держались, но в конце концов валлийские лучники, гасконские арбалетчики и метательные машины пробили в их рядах бреши, куда ворвалась кавалерия. Началась резня. Уоллес с горсткой уцелевших воинов отступил в Каллендарский лес. Англичане потеряли в бою некоторое количество пехоты и всего одного рыцаря — Брайана Ле Джея, магистра английского ордена тамплиеров. Потери шотландцев были намного тяжелее.
Исход сражения нанес сильнейший удар по военной репутации Уоллеса, хотя в поражении прежде всего была виновата трусливо бежавшая с поля боя шотландская знать. Но именно ее представители громче всех начали выкрикивать обвинения в адрес хранителя Шотландии. Магнаты, недовольные тем, что высший пост в королевстве захватил человек низкого происхождения, получили удобный повод его сместить и не замедлили им воспользоваться. Обязанности хранителя были поделены между двумя представителями знатнейших родов. Первым стал Роберт Брюс граф Каррикский. Вторым — Джон Рыжий Комин Баденохский, сын Джона Черного Комина, также бывшего среди претендентов на шотландскую корону во время «Великого дела». Джон Рыжий приходился к тому же племянником Джону Балиолу Пустому Табарду. Уильяма Уоллеса, которым еще недавно все так восхищались, бесцеремонно отодвинули в тень, и он вынужден был подчиняться приказам новых хранителей.
Блестящая победа, одержанная Эдуардом I в битве при Фолкёрке, к сожалению, оказалась единственной в этой кампании. Английская армия подошла к Стерлингу, но вся округа вокруг замка была опустошена. Король приказал отойти в Эдинбург, поскольку войско по-прежнему страдало от недостатка провизии, а суда с продовольствием из Ирландии, на которые он надеялся, так и не прибыли. Английские отряды в поисках главарей мятежа прочесали всю низинную Шотландию и предгорья, доходили до Перта и Сент-Эндрюса, но без каких-либо результатов. И Уильям Уоллес, и Роберт Брюс как сквозь землю провалились.
