Конечно, Левран ничего не сделает с ней в присутствии стольких людей. Но все равно… находиться рядом было страшно, откровенно страшно, до предательской дрожи в коленках.
Шико-старший ничего не ответил, лишь глубокомысленно поковырялся в носу.
«Да что с ним? Таким я его еще не видела!» – поразилась она, продолжая медленно, шаг за шагом, красться к спасению.
Слух уловил едва заметный звук. Как будто кот урчит. Но рядом не было ни одного счастливого котика. Только Шико.
Воздух, и без того нагретый солнцем, превратился в вязкий кисель.
Бьянка сделала широкий шаг, прочь от Леврана, – но тут произошло то, чего она никак не ожидала. Молодой человек рыкнул, в очередной раз оскалился, а затем метнулся вперед.
Она только и поняла, что в плечи впились стальные крючья пальцев, совершенно обезумевшие глаза надвинулись, и – острая, обжигающая боль, ярким цветком расцветшая на губах.
Ужас накрыл ее с головой. Все мысли куда-то разом делись. Лишь в голове чугунным молотом: «Он меня укусил». Укусил…
Укусил за губу. Он что, совершенно не в себе? И что же теперь… будет?
От боли перед глазами запрыгали искры, Бьянка отшатнулась, одновременно отталкивая от себя Шико. Пытаясь оттолкнуть. Он держал ее слишком крепко. И теперь она смогла увидеть его лицо, белое, словно мелом затрушенное, перекошенное. Изо рта тянулась тонкая нитка слюны, розовой, вперемешку с кровью.
– Ах ты ж, – выдохнула она, на миг потеряв способность говорить.
Что ей Сандор скажет? О-о-о, как все ужасно вышло. Просто ужасно.
– Чтоб у тебя все отсохло!
Гнев полыхнул так ярко и внезапно, что Бьянка даже не сообразила, что творит.
В одно мгновение она шагнула к Леврану почти вплотную, приподнялась на цыпочки, а затем с диким рыком впилась зубами ему в щеку. Во рту моментально разлился солоноватый вкус чужой крови, и этот вкус почему-то отозвался в душе диким, первобытным торжеством.
Бьянка сплюнула кровь прямо на сюртук Леврана, а затем – и сама не знала, как это получилось, – резко согнула ногу в колене. Левран взвыл в голос и начал медленно сползать на землю, хватаясь за ее платье.
– Получил? – рявкнула Бьянка и пнула Шико в бок носком башмачка.
Он повернул голову, посмотрел на нее – и тут уж у Бьянки перед глазами помутилось. Как в одном человеке может быть столько безумной ненависти? Как?!!
– Н-не… подходи ко мне больше, – выдавила она и, развернувшись, побежала к заветным дверям, расталкивая локтями начавших собираться зевак.
«О боже. Как я выгляжу? Что скажет лорд Сандор? Все просто ужасно…»
Врываясь в зал, Бьянка уже и не думала о том, чтобы остаться незамеченной для Вериты и Дитора. Сердце колотилось где-то в горле. На глазах вскипали слезы.
Задыхаясь, хватая раскаленный воздух, Бьянка подбежала к столику, за которым сидели Сандор и инквизитор.
Аламар Нирс даже в лице не изменился, на нее глядя.
Рой Сандор вопросительно приподнял бровь, но глаза вмиг потемнели.
– Там… там… – только и смогла сказать Бьянка.
– И с кем это вы изволили так удачно поцеловаться, дорогая? – холодно поинтересовался муж, поднимаясь из-за стола.
– Левран Шико! – давясь слезами, выкрикнула она. – Этот урод… он окончательно спятил!
Дальше все завертелось. Бьянка с трудом соображала, что Сандор усадил ее на стул и аккуратно чистым платком вытирает кровь с прокушенной губы, что инквизитор стремительно вышел из кондитерской – только полы длинного сюртука махнули, как крылья ворона, – что в отдалении стоит Верита Ларно и смотрит на нее без особой жалости, зато брезгливо, а Дитор куда-то делся, словно испарился.
Бьянка всхлипнула. Это кошмар, просто кошмар. Да на нее просто все силы небесные ополчились. А в ушах все звучит голос мужа. «И с кем это вы изволили так удачно поцеловаться?»
Неужели он в самом деле думает, что она бы хотела поцеловать Шико-старшего?
После всего, что было? Ну в самом-то деле…
Аламар Нирс вернулся очень быстро.
– Удрал Шико. Мне сказали, что, как только Бьянка рванула сюда, он кое-как поднялся, а потом удирал так, что пятки сверкали. Продавец мороженого его попытался остановить, так Шико и его покусал.
– Похоже, парень не в себе, – пробормотал Сандор, все еще прижимая платок ко рту Бьянки, – но это не страшно. Я прикажу его забрать и подержать за решеткой, посмотрим, что с ним такое.
Аламар коротко передернул плечами, и в первый раз за их встречу на его лице отразились хоть какие-то эмоции. Отвращение.
– Что ж, когда Шико будет у тебя, оповести. Мне тоже нужно кое-что проверить. Я бы сказал, что на этого придурка оказано сильное магическое воздействие, но не уверен. Раньше ведь вполне нормальным был, а, госпожа Сандор?
С трудом осмыслив, что обращаются к ней, Бьянка подняла на инквизитора взгляд и прошепелявила сквозь платок:
– Он… всегда был с чудинкой… но чтоб так…
Сандор молча отстранился, оставив скомканный платок у нее в руке, бросил в блюдечко на столе несколько полукрон.
– Идем, дорогая. Тебе нужно отдохнуть.
