– Будь счастлива, Гейл, и постарайся не сесть за решетку. – Я вешаю трубку.
Единственное, чего я не сказала Гейл, – это как именно умер настоящий Маркус Бушар. С тех пор, как Маркус описал мне те события, я не могла успокоиться. Как мать, я была потрясена. Если бы не его признание, возможно, я никогда бы не решилась его убить, но… он был монстром.
Чем больше страдания миссис Бушар прокручивались в моей голове, тем сильнее мне хотелось наказать Маркуса. Мне было больно думать о тех нескончаемых, пустых годах, которые она провела без своего единственного ребенка. Если бы кто-то отнял жизнь одной из моих дочерей, я пожелала бы ему смерти. Эту тайну я унесу с собой в могилу, потому что не скажу бедной матери, как Тони Фортин держал голову ее сына под водой, пока тот кричал, плакал, задыхался и барахтался. А потом перестал. Ему было всего восемнадцать, у него вся жизнь была впереди. Светлое будущее. Он мог бы стать врачом, пилотом, адвокатом, прожить чудесную жизнь, подарив миру своих детей, а ей – внуков. А Тони забрал все это у них, забрал из одной лишь зависти.
Но и этого ему оказалось мало. Он отнял у Маркуса его личность. Он захотел стать им. Все лучше, чем прозябать как выросший в нищете Тони Фортин. Он пережил эмоциональное насилие и детскую травму, поэтому не удивительно, что у него случилось расстройство личности, которое так и осталось с ним навсегда. Если что, я оказала ему услугу, избавив от жалкого существования, которое он влачил. Я не позволила ему разрушать очередные жизни. В том числе и мою.
Задрав голову и приложив ладонь к глазам, чтобы прикрыть их от яркого солнца, я слежу за белым брюхом и воздушным следом, оставленным самолетом в облаках. Могу представить себе всех этих пассажиров: одни в восторге от путешествия, другие поедают безвкусное бортовое питание, третьи пьют алкоголь, а четвертые без остановки смотрят кино и сокрушаются, что скоро вернутся домой. На борту непременно найдется пара человек, охваченных полетной паникой, которые только и думают о том, что борт вот-вот рухнет.
Когда-то и я была среди последних, но потом видела вещи куда как хуже страха высоты и выжила, убив в себе любой страх. Теперь, подойдя к шестидесяти годам, я стала более уверенной в себе и нашла наконец настоящего друга, который никогда меня не предаст, – себя саму. Я всегда буду себя защищать и прослежу за тем, чтобы прожить самую лучшую жизнь из возможных. Ни секунду своей жизни я не намерена тратить впустую. Пройденный мной путь сделал меня сильнее и устойчивее, чем я ожидала, и теперь я с восторгом смотрю в будущее, ведь что бы оно мне ни готовило, я выдержу испытания с достоинством.
На собственном горьком опыте я убедилась, что даже спустя два года моей жизни в одиночестве нет ни конца ни края. И в этом нет ничего страшного – все больше людей тянутся ко мне, чтобы просто пообщаться. Я излучаю энергию расслабления и покоя. Что касается мужчин, ну что я могу сказать – если бы я хотела, то ходила бы на свидания каждый вечер. Но я не хочу так часто. Прозвучит хвастливо, но это правда. Дочери были бы в ужасе, узнай они, что за последние восемнадцать месяцев я затащила в постель с полдюжины парней. В основном моложе меня, причем сильно. Они не такие, как мои ровесники; им нравится ублажать, а не быть ублаженными. И они забавные.
Эти современные молодые парни находят привлекательными любых женщин, не только молодых, худых или красивых. Для них важен любой опыт. Многие скажут, что в моем возрасте в пору стыдиться, что я сплю с мальчиками, годящимися мне в сыновья, но мне все равно. Никому и дела нет, когда происходит наоборот. Мы постоянно видим пожилых мужчин с молодыми девушками. К тому же парни сами ко мне подкатывают. А мне удобно, ведь я точно знаю, что не влюблюсь ни в одного из двадцатипятилетних, каким бы симпатичным он ни был. Они не стесняются завести со мной беседу. И это происходит довольно часто. Если честно, мне кажется, большинство дам среднего возраста, которые состоят в браке столько, сколько себя помнят, были бы шокированы, но и приятно удивлены, если бы узнали, что так можно было.
Многие крепкие пары, с которыми я порой сталкиваюсь, поначалу меня жалеют – я одинокая, престарелая путешественница, но я чувствую, что женщины в таких союзах втайне мне завидуют. Они смотрят на своих невнимательных, обрюзгших, седых мужей и мечтают пойти по моим стопам. Я улыбаюсь про себя и желаю им однажды испить хоть немного свободы и неомраченной радости. Мы – матери, жены – редко ставим себя на первое место, но, когда нам это удается, жизнь начинает играть новыми красками. Прошу заметить, я не стала ненавидеть своих ровесников. Отнюдь. Мне нравится проводить с ними время исключительно ради хорошей беседы, но никак не ради секса.
