Некоторое время назад, уже после того, как я перезвонил Питеру Грину, мы переписывались. Оуэна, как и меня, попросили выступить на слушании, и он тоже не изъявил желания.
– И, Райдер, я повторюсь. Ответ на твой вопрос – нет. Когда я смотрю на тебя, я не вижу в тебе его, я вижу тебя. Ты мой младший брат, и я люблю тебя.
– Я тоже тебя люблю.
Некоторое время мы сидим в тишине, допивая кофе. Над горизонтом Манхэттена встает солнце.
– Тебе стоит подготовиться, – в конечном счете произносит Оуэн. Он смотрит на меня с улыбкой.
– К чему?
– К тому, что однажды ты женишься на этой девчонке.
В конце января мы с родителями собираемся поужинать после игры с Бостонским университетом. Обычно всю команду сразу после матча собирают в автобусе, но тренер Эдли специально разрешил мне задержаться. Готова поклясться: Эдли, не моргнув глазом, удовлетворит любую мою просьбу, если она касается моего отца. Он махнул рукой, бросил «до завтра» и был таков. Завтра у нас домашняя игра против Университета Провиденса, и я жду ее с нетерпением. Мы не виделись с Бетани Кларк и остальными девицами из их команды с того самого осеннего товарищеского матча. Конкуренция будет страшная – это просто неизбежно.
Уайатт уже вернулся в Нэшвилл, так что дома стало тише. Мы с родителями заказываем китайскую еду навынос и едим за стойкой в кухне, пока я слежу за соцсетью, где в режиме реального времени выкладывают информацию о сражении нашей мужской команды с Университетом Коннектикута.
Раздраженно скривившись, листаю ленту новостей:
– Почему нельзя было транслировать ее по телевизору?
Вообще-то игра невероятно важна для турнирной таблицы, потому что «Коннектикут» опережает «Брайар» всего на одну игру, так что у наших ребят есть все шансы их обогнать.
– «Коннектикут» хорошо идет в этом году, – замечает папа. – Коннелли поспорил, что в этом году они выиграют «Замороженную четверку». Не говори Дженсену.
– Думаешь, у «Брайара» шансов нет?
– Почему же, у них есть все шансы, – признает он. – Меня прямо-таки впечатляет, как они встали на ноги после начала сезона.
– Удивительно, что Райдер с Кейсом до сих пор так слаженно играют, хотя за пределами катка Кейс его игнорирует.
Отец удивленно посматривает в мою сторону.
– Кейс не разговаривал с Райдером больше месяца, – признаюсь я. – С тех самых пор, как мы с Райдером перестали скрывать свои отношения. Кейс недоволен. Он бо́льшую часть прошлого года пытался меня вернуть, а теперь наконец осознал, что этого не случится.
– И тебя все устраивает? – осторожно спрашивает папа.
– В смысле?
– Выбор, который ты сделала.
Я вздыхаю.
– Слушай, я знаю, что тебе нравится Кейс. И он неплохой парень, но я бы к нему не вернулась, даже
Отец слегка хмурится.
– До сих пор не могу понять, почему ты вообще с ним рассталась, Стэн. В этом не было никакого смысла…
– Потому что он мне изменил.
Папа остается сидеть с открытым ртом – впрочем, ненадолго. Осмыслив мои слова, он тут же заводится, и я спешу остудить его гнев.
– Не надо. – Я предупреждающе поднимаю руку. – Вот поэтому я тебе не хотела ничего говорить. Я не хотела, чтобы ты плохо о нем думал.
– А как я могу думать иначе? – свирепствует он.
– Он ошибся. Честное слово, он нормальный парень. Просто психанул, потому что отношения стали слишком серьезными. Типично же, как у всех парней.
Вот только… Райдер совершенно не психовал по этому поводу.
Он сказал, что любит меня. Признался первым. Ему и страшно не было, и он не убежал прочь с воплями, когда я ответила взаимностью.
Не знаю, любил ли меня Кейс на самом деле. Дело не только в измене. Дело в том, что мы оба совершенно спокойно встречались почти два года, и никто из нас не произносил слов
– Типично. Как у всех парней, – со смешком повторяет отец.
– Да. Такое ощущение, что, как только у них возникает ощущение, будто они попали в капкан, сразу же появляется неистребимое желание броситься на все четыре стороны и начать повсюду разбрызгивать свое семя.
– Стэн, пожалуйста, никогда больше не произноси в моем присутствии фразу «разбрызгивать семя».
Я фыркаю.
– Суть ты понял. Поэтому ничего бы не получилось.
– Ясно. – Он качает головой, грустно улыбаясь. – Скажи ты мне об этом несколько месяцев назад, я бы отстал.
– Да? То есть просто взял бы и заткнулся?
– Конечно. – Он обходит стойку и приобнимает меня за плечо.
Мама, вернувшись в кухню, застает эту картину, и в глазах ее появляются смешинки.
– Что тут творится?
– Кейс изменил Джиджи, – тут же объявляет папа.
Мама ахает.
– Не может быть!
– Может, – заверяю ее я, – но теперь все это уже неважно, потому что я люблю другого парня. Так что давайте просто двигаться дальше.
Папа заходится кашлем.
– Любишь другого парня, вот как, – поддразнивает мама, а потом поворачивается к папе: – Видишь? Я же говорила.
У отца такой вид, точно его вот-вот стошнит.
– Это же надо было из всех мужчин…
– Да ладно тебе. Райдер замечательный, – уверяю я папу.
