Кораблёв в ответ вздыхал — как бы с этим повышением шею не сломать. Не успел он адаптироваться на должности зама, как на него нежданно-негаданно свалилось исполнение обязанностей прокурора города. В начале февраля Трель ушёл на больничный с остеохондрозом и выходить на работу не торопился, проходил курс лечения в областной клинике. Долгое отсутствие Олега Андреевича породило слухи, что в город он не вернётся, якобы решается вопрос о его переводе в прокуратуру Московской области.
Валентин Борисович с присущей ему таинственностью за закрытой дверью кухни сообщил: по сведениям из заслуживающих внимания источников, Сашина кандидатура на верху примеряется к должности межрайпрокурора, которая освободится не сегодня-завтра. Кораблёв отвечал, что это беспочвенный трёп, он заместителем-то без году неделю работает и не состоит в кадровом резерве. Но в недрах души шевелился таки червячок амбиций, а в голову наведывалась шальная мысль: «Не боги горшки обжигают, не глупее я других».
Совещание по двойному убийству инициировал исполняющий обязанности прокурора как координатор правоохранительных органов. Собраться стоило давно, но каждый раз кого-то из должностных лиц, чьё участие виделось обязательным, не пускали другие неотложные дела. Зато сегодня кворум был обеспечен более чем.
В полном составе присутствовали местные: прокуратура, МРО, уголовный розыск, УБОП. Как обещали, подъехали областники: начальник отдела криминалистики Пасечник и Сапега — замнач убойного отдела УУРа. Оба по своим служебным обязанностям курировали раскрытие наиболее резонансных преступлений.
Необычным казалось присутствие фээсбэшного оперативника Яковлева. Комитетские инициативно проявили интерес к делу, намекнув, что обладают интересной информацией, которой в скором будущем смогут поделиться. Активность ФСБ объяснялась недавней регистрацией гендиректора ООО «Наяда ЛТД» Катаева кандидатом в депутаты Законодательного Собрания области. Острожские комитетчики получили за созерцательную позицию по шапке от начальства, напомнившего, что недопущение проникновения оргпреступности во власть относится к первоочередным задачам органов госбезопасности.
Птицын для себя решил, что, напрашиваясь на совещание, Яковлев элементарно хочет овладеть информацией, собранной по делу милицией, но возражать не стал. Фээсбэшники имели оперативные позиции в территориальных ОПГ, полностью исключать возможную помощь с их стороны было нельзя. За свою практику Вадим Львович помнил пару-тройку случаев результативного взаимодействия с чекистами.
Когда собравшиеся разместились за длинным столом для совещаний, Кораблёв, севший справа от занявшего председательское место хозяина кабинета, огласил единственный пункт повестки дня и произнёс вступительное слово.
— Предлагаю обсудить проблемы по делу, пути их решения и перспективы расследования в целом. Лично я испытываю тревогу. Срок следствия продлён до трёх месяцев, срок содержания обвиняемого под стражей близится к двум месяцам. Тот объём доказательств, которым мы располагаем, недостаточен для направления дела в суд, тем более в областной. Прошу высказаться представителей всех служб. Традиционно начнём со следователя. Борис Сергеевич, пожалуйста.
Боря Винниченко, нарядившийся в честь совещания в поношенную синюю форму с топорщившимися на плечах погонами младшего советника юстиции, прокашлялся и начал читать по бумажке:
— Тридцатого декабря прошлого года в двадцать часов тридцать минут возле дома номер десять по улице Васнецова обнаружены трупы…
— Борис Сергеевич, — мягко вклинился и.о. прокурора, — фабула присутствующим известна. Перечислите имеющиеся доказательства причастности обвиняемого к убийству и мероприятия, запланированные для сбора новых улик.
Озадаченный следователь поскрёб щеку. Сегодня он был свежевыбрит и источал агрессивный запах контрафактного парфюма. После Нового года Кораблёв прилагал все усилия, чтобы разгрузить Борю. Новых дел тот не получал, из имевшихся закончил три, в том числе в отношении Рязанцева, которое прекратил за отсутствием в действиях оперуполномоченного состава преступления. Тем не менее в производстве не разгибавшего спины Винниченко оставалось семь дел, по всем неумолимо текли сроки.
— Дык, доказательств практически нет, — наконец заговорил Боря. — Сам Красавин ничего не признаёт. Биология на его одежде следов крови не выявила. На автомате отпечатков пальцев, пригодных для идентификации, тоже не найдено.
— К-как э-это н-нет д-д…д-доказательств?! — возмутился Сутулов, — А п-по…пока-азания Н-нефёдовой?!
