— Это называется протекционизм, мистер Фарли, — сказала я, — нужно поддерживать отечественного производителя. Покупайте британское! — тут я с важным видом подняла указательный палец. — Но все-таки ковры-самолеты — это так романтично. Я читала про них в сказках.
— Очень рад, что ты понимаешь важность этих запретов, Гермиона, — сказал Крауч. — Мы должны быть патриотами. Спасибо, что присмотрели за моей внучкой, Уэзерби.
— Что вы, сэр! Я получил огромное удовольствие, беседуя с мисс Крауч. Я практически уверен, что в скором будущем буду счастлив видеть ее в министерстве. На редкость разумная и образованная молодая леди.
— Надеюсь, что вы не ошибаетесь, Уэзерби. Гермиона, нам пора.
И помог мне надеть теплую мантию.
— Хорошо, сэр. Большое спасибо за чай и интересную беседу, мистер Фарли. Веселых вам праздников.
— И вам того же, мисс Крауч. До свидания. Заходите. До свидания, сэр.
— Всего доброго, Уэзерби.
И мы покинули департамент международного магического сотрудничества.
— Ты знаешь, что такое протекционизм, Гермиона? — спросил мистер Крауч.
— Да, сэр. Это когда правительство принимает законы в пользу своих производителей. А для иностранных — повышают налоги, пошлины и акцизы. Я слышала об этом по телевизору, а потом посмотрела в словаре. И мама с папой мне всегда все объясняют и отвечают на вопросы.
— Это хорошо! А, Корнелиус! Вы знакомы с моей внучкой?
— Здравствуйте, сэр. Приятно познакомиться.
Высокий полный мужчина улыбнулся.
— Рад знакомству, мисс Крауч!
Так мы и шли, раскланиваясь со знакомыми. Похоже, что мистер Крауч получал удовольствие, представляя меня каждому встречному в министерстве. Я мило улыбалась и раскланивалась. Наконец мы добрались до каминов и переместились в «Дырявый котел». Эх, как все-таки хорошо будет прогуляться без занятой и нелюбезной МакГоннагал. И мороженого, если честно, хочется.
На Диагон-аллее мы встретили еще несколько знакомых. В аптеке Малпеппера обнаружилась Фэй. Как оказалось, владелец аптеки был ее дедушкой. Теперь стало понятно, почему ей так легко дается зельеварение. В аптеке, кстати, был настоящий аншлаг. Насколько я поняла, особым успехом пользовалось антипохмельное зелье, средства от расстройства желудка и мази от ожогов. Маги праздновали с размахом.
Лавочки и магазинчики были празднично украшены. Остролист, омела, яркие гирлянды, мигающие огоньки. Потрясающе пахло выпечкой и специями. На лотках торговали пряниками и глинтвейном. Эх, все-таки жаль, что дом Краучей ничем не украшен. Может быть, стоит попытаться на следующий год? Посмотрим.
Мы выпили по кружке глинтвейна и отправились к Фортескью. Вот уж кто не пожалел сил и средств на украшения! Внутри его кафе создавалось впечатление, что ты попал в торт. Даже вспомнилась сказка Джанни Родари. Нет, посетителям не приходилось проедать путь внутрь, но казалось, что стены покрыты вкуснейшим кремом и глазурью. Свободных столиков не было, нам пришлось сесть вместе со Сьюзан Боунс и ее тетей. Меню держали на весу крошечные феечки.
— Какое мороженое будешь? — спросил меня мистер Крауч, когда мы поздоровались с соседями.
— Крем-брюле и шоколадное, — серьезно подошла я к выбору лакомства. — А еще ореховое. И вишневое с сиропом!
Сьюзан мне весело подмигнула. Перед ней уже стояла большая креманка с целой горой разноцветных шариков. Ее тетя степенно пила кофе.
Мистер Крауч заказал мороженое для меня и кофе себе. Эх, взрослые! Можно подумать, вы что-то потеряете, если полакомитесь вкуснятинкой! Никогда этого не понимала.
— Если хочешь, можно заказать домой торт, — сказал мистер Крауч.
— Только вы тоже будете его есть, сэр, — ответила я, — мне будет неловко лакомиться одной.
Он еле заметно улыбнулся.
— Хорошо, Гермиона.
Торт мы действительно заказали и оправили его домой с Дилли. Потом купили мне шикарную муфту и отправились в магазин «Империя сов».
— Тебе не помешает иметь собственного почтальона, — сказал мистер Крауч, — выберешь себе птицу, и я научу тебя, как ее привязать. Тогда она будет отдавать письма только тебе и тому, кому они адресованы.
— А мне разрешат взять ее в школу? — спросила я. — Или взамен придется оставить Бетти?
— Разрешат, — ответил Крауч, — личный почтальон — это не фамильяр.
Очень интересно, а почему в письме стояло или сову, или кошку, или жабу? Ну МакГоннагал… А ведь действительно, если сова — это личный почтальон, то остальные двое скорее компаньоны. Наверное, многим ребятам лень возиться с жабами и кошками и они берут с собой только сов. Думаю, что все чистокровные осведомлены о том, что обычную почту легко могут прочитать. И хорошо, что МакГоннагал не дала мне купить сову. Что-то мне подсказывает, что наша деканша «забыла бы» рассказать мне о том, как привязывать к себе птицу.
В лавке мне больше всех понравилась симпатичная серая неясыть. Она внимательно посмотрела на меня, ухнула и перебралась на подставленную руку.
— Отличный выбор, мисс! — одобрил продавец. — Угостите ее совиной вафлей!
Птичка с благодарностью схрумкала вафлю. Интересно, из чего их делают? Из сушеных мышей?
— А это мальчик или девочка? — спросила я.
