— Очень приятно, Сара! Меня зовут Элли! — говорит бабушка Майкла, и я понимаю, что это её заведение. А у Тёрнера довольно милая бабушка, она невысокая и такая худенькая, словно всю жизнь сидела на диете. В её зеленых глазах я кое-кого узнаю.
— Взаимно… — больше ничего не могу добавить, потому что я проглотила язык. Блин, как неудобно!
— Ладно, детки, выбирайте, что будете заказывать, не буду вам мешать, — милая женщина уходит, а я продолжаю глазеть на Тёрнера с недоумением.
— Ха-ха-ха! Что с твоими глазами? — смеется он.
— Это мой фирменный взгляд срущей кошки. Немного грубое описание, зато правдивое, — Майкл начинает громко смеяться, привлекая внимание посетителей в кафе. Выжидаю паузу.
— Мог бы и предупредить, что мы идём в заведение к твоей бабушке! — выпаливаю, пока забираюсь на барный стул, оставляя на полу свою тяжеленую сумку.
— Я думал, ты уже навела обо мне справки и в курсе, что у моей бабушки кафе, — шутливо произносит обладатель самых прекрасных и хитрых глаз на свете. В ответ качаю головой из стороны в сторону.
Майкл неожиданно целует меня в нос, и если я до этого была просто красная от смущения, то сейчас стала багровой. Он впервые целует меня в столь людном месте, и это чувство мне ещё не знакомо.
— Анна нас раскрыла! — тут же выпаливаю я и жду его реакцию.
— Ничего страшного, она никому не скажет. Она хорошая подруга, уверен, что ты ей доверяешь, — спокойно реагирует Тёрнер и берет в руки меню. — Ты что будешь? Тут отличная карбонара. Ты ведь любишь итальянскую кухню?
— Люблю. Карбонара — это отлично! Ещё Кэнди активно интересуется у всех, с кем ты сейчас встречаешься? — не жду другого момента, вдруг он снова набросится на меня и я забуду обо всем, что хотела ему рассказать ещё днём.
— И зачем ей это, решила с Дерека переключиться на меня? — на его лице появляется ухмылка с издёвкой.
— Неа, её Софи Такер попросила, — жду реакцию Майкла, я всё ещё помню как эта нелепая черлидерша висла на нём на моих глазах.
— Бедная, Софи никак не угомонится… — самодовольно протягивает Майкл. Вот индюк! Прибила бы от злости или ревности, не знаю.
— Нам нужно быть поосторожнее, если ты до сих пор хочешь держать наши отношения в тайне, — включаю серьезную Сару.
— Согласен. Теперь моя очередь задавать вопросы. Зачем к вам сегодня подходил Холл? — голосовые связки Майкла напрягаются, а челюсть трещит от напряжения. —“Что это? Его глаза сверкают от злости!”
— Звал на покер. Мы отказались, на следующей неделе у нас первые соревнования. Потом позвал на ваш пятничный матч. Мы вроде сказали, что придем, — отвечаю без доли эмоций, его взгляд становится настолько мрачным. Таким Тёрнера я ещё не видела. Похоже, что он не зря меня предупреждал о том, что очень ревнив.
— Интересно… — Майкл задумчиво произносит, сжимая зубы.
— Ты что, ревнуешь? Серьезно? Он просто позвал нас! Замечу нас, а не меня, на покер и на футбол, — решительно отмечаю тот факт, что повода для ревности как бы и нет.
— Просто он весь понедельник тобой интересовался. Даже попросил меня узнать, есть ли у тебя кто-то, — Майкл говорит сквозь зубы, словно старается сдержать себя и не закричать от злости. Ревность становится настолько явной, что её можно просто ощутить в воздухе с закрытыми глазами.
— Значит, ты всё-таки ревнуешь? — победно ухмыляюсь, не дождавшись ответа.
— Да, Сара, я ревную. Но я предупреждал тебя, что очень ревнивый, — ещё секунда и я понимаю, что Тёрнер скоро сожжет своим взглядом меню.
— Ты такой забавный. Но твои переживания беспочвенны, — шепчу и аккуратно целую его в щеку. Его лицо тут же краснеет. — Я бы на твоём месте передала Джону, что у меня есть парень, который мне очень нравится. У Холла нет ни единого шанса на успех.
Наконец-то Тёрнер улыбается. Отрывает глаза от меню и мягко смотрит на меня.
— Может, сядем за столик? — он кладет подбородок на моё плечо. Мне хочется поцеловать его глаза, но боковым зрением я замечаю его бабушку. Майкл тут же поворачивает голову к ней.
— Ба, мы будем две карбонары, кольца кальмара и твой фирменный лимонад. Мы будем во втором зале, — говорит Майкл, хватает меня за запястье и тащит меня в соседнее помещение, я еле успеваю зацепить свою сумку.
Второй зал оказывается почти пустым, из восьми столиков заняты только два, свет приглушен и играют музыканты. Тёрнер ведет меня за самый уединенный столик в самом конце зала. Мы садимся на мягкий диван, и я ощущаю, как его руки притягивают меня настолько близко к себе, что становится жарко.
— Майкл, ничего, что мы в заведении твоей бабушки? — говорю так, словно мне немного стыдно. Его глаза ещё больше загораются, он ухмыляется и целует меня в губы. Я как бы злюсь, и Майкл явно это чувствует, но это его только возбуждает. Его руки оказываются на моей пояснице под футболкой. Я всем телом вздрагиваю от такого жаркого прикосновения и прикусываю ему верхнюю губу. Тёрнер смеется.
— Ты такая злющая! — он освобождает свою губу, и его правая рука оказывается на моей щеке. Майкл пытается разглядеть все эмоции на моём лице.
