– Ладно, – Железнов отсекающе махнул рукой. – Интересно, но не важно сейчас. Искренность за искренность, – Железнов встал, подошел к парапету, развернулся вполоборота к Кате, наблюдая лунную дорожку. Я скажу тебе то, что ты можешь не знать – я люблю другую женщину. Безнадежно. И, по-видимому, навсегда.
– Она недостойна тебя, – в интонации Кати не присутствовало ни тени сомнения.
– Не суди. Ты ничего не знаешь о ней.
– Если бы она любила тебя, она была бы с тобой.
– Иногда одной любви недостаточно. Ты еще очень молода. Да, ты через многое прошла. Но ты еще не сталкивалась с тем, что существуют обстоятельства выше любви.
– Какие это такие обстоятельства?
– Материнский долг, – Железнов сглотнул воздух и пояснил. – Обязательство матери вырастить детей в полноценной семье, чтобы они не почувствовали себя ущербными от того, что их мама поменяла их папу на какого-то дядю…
– Я никогда не дам тебе повода не любить меня…
– Ты считаешь, что мужчина может любить сразу двух женщин? – Железнов в первый раз за время их разговора усмехнулся. – А ты? Ты согласилась бы быть одной из двух?
Катя полыхнула изумрудным светом своих глаз – у нее чуть не сорвалось с языка: «Она же тебя бросила! О ком (!) мы вообще говорим!» Но вовремя остановилась – она не должна знать о эсэмэске! А Железнов не должен даже догадываться об ее абсолютной информированности о его жизни. Иначе… Иначе – конец всему, – Железнов просто исключит ее из своей жизни. Она станет для него ничем.
– Я хочу быть только твоей женщиной… Не смейся, Железнов, но ты будешь моим единственным мужчиной в жизни.
– Тебе сколько, двадцать пять? Я не буду тебе говорить всякую банальщину о разнице в возрасте и что вся жизнь у тебя еще впереди…
– Железнов, тебе не отвертеться. Это судьба.
– Судьба, – задумчиво произнес Железнов, думая о Маше. – Это ты так решила?
– И я тоже. Но мне об этом сказала Матрона.
– Покровский монастырь?
– Да. Она сказала мне, что ты будешь отцом моих детей.
Железнов пожал плечами: «Ты ее могла не так понять».
В это время раздался достаточно настойчивый стук в дверь.
– Это Наум – пойду, открою.
– Стой, Железнов! – Катя поднялась из кресла, накрыла своими ладошками с двух сторон его кисть. – Я прошу не отталкивать меня и дать мне шанс, – в ее просьбе звучала мольба.
– Никто тебя отталкивать не собирается. Ты сама достаточно скоро поймешь, что тебе нужен кто-то другой, – с этими словами Железнов высвободил свою руку, наклонился, прикоснулся губами к Катиной руке. – Поверь мне, – Железнов очень тепло улыбнулся Кате.
Когда Железнов открыл дверь, то помимо предполагаемого Наума обнаружил еще и Валентину и, судя по улыбкам, в очень хорошем настроении. Руки у Наума были заняты двумя бутылками красного, а у Валентины – пирожными.
Наум, узрев Катю на балконе, победно потряс бутылками в руках:
– Вот видишь, здесь твоя подруга! Я же говорил тебе, что против магнетизма Железнова нет железа!
Когда все расселись на балконе и наполнили бокалы, Катя неожиданно для пришедших произнесла:
– Спасибо тебе, Железнов!
– Я что-то пропустил? Саня, чем ты заслужил благодарность миллиардерши?
– Да, Няма, пропустил! Пропустил принципы построения теории множеств, основным вопросом которой является…
– Что есть кучка, – неожиданно для Железнова продолжила Катя. – И частным ее проявлением является то, что нас можно посчитать невооруженным взглядом, то есть мы не кучка, а четыре индивидуальности! – у Железнова если и не отвисла челюсть, то непередаваемое удивление присутствовало точно.
– Ага, – совершенно непонимающе изрек Наум. – Непросто. Что есть кучка… А давайте-ка лучше выпьем…
***(3)(4) Апрель 45-го
Восточная Австрия. В 30-ти километрах от восточной границы
Варфоломеев в сопровождении автоматчиков остановился рядом с разведчиками, которые в считанные секунды спеленали хромого, связав его руки за спиной его же ремнем.
– Представьтесь, пожалуйста, – обратился он к командиру разведчиков.
Старший лейтенант по уставу приложил руку к пилотке:
– Старший лейтенант Осадчий, командир взвода дивизионной разведки. Ваши соседи.
– Старший лейтенант Варфоломеев, адъютант командира дивизии генерала Шульгина, – ответно представился ординарец. – Цель нахождения?
– Ищем недобитые группы фашистов, прорывающихся из района Балатона в район линии фронта. По нашим данным таких в этом районе – не менее десяти групп численностью от двадцати до ста пятидесяти человек.
– Откуда такие данные?
– Авиаразведка. Боестолкновения. Да и мы, разведка, тоже этим не брезгуем. Район прочесываем. Ищем следы дневных лежек, а там уж по обстоятельствам.
– А на этих как вышли? – Варфоломеев кивнул в сторону хромого.
