Секунда — и голова громилы взорвалась изнутри, разбрасывая кровь, кости и мозги по всей таверне. Ошмётки плоти и кости разлетелись во все стороны, забрызгивая стены, потолок, лица зрителей.
Тело ещё стояло секунду или две, а потом рухнуло. Таверна погрузилась в полную тишину. Я перевёл взгляд на Дзаката. Главарь клана Кровавой Луны скалился, наблюдая за представлением с нескрываемым удовольствием.
Его глаза горели каким-то нездоровым возбуждением, словно смерть подчинённого доставляла ему удовольствие.
В этот момент краем глаза я заметил движение. Что-то быстро летело в мою сторону, целясь прямо в плечо. Серебристая вспышка в полумраке таверны. Инстинктивно выставил щит из эфира, формируя барьер между мной и неизвестной угрозой.
Но… предмет прошёл сквозь защиту, словно её не существовало. Боль пронзила плечо — острая, жгучая, пульсирующая. Тепло крови распекалось по руке.
Кинжал. Маленький, но причиняющий невероятную боль. Он легко пробил эфирный щит… Способность, которой не должно быть ни у какого обычного оружия. Я знал только один тип клинков, способных на такое.
Сделал резкий выдох и выдернул кинжал из плеча. Рана пульсировала, но регенерация уже начала работать, останавливая кровь. Эфир затягивал повреждённые ткани, восстанавливая их почти мгновенно. Поднёс клинок к глазам, разглядывая его в тусклом свете таверны.
Лезвие было неестественно острым, с матовым отливом. На металле виднелись руны — древние символы, высеченные уверенной рукой мастера. Я узнал бы их из тысячи. Работа Совета Видящих, созданная во времена Оркана.
Каждая линия, каждый изгиб рун был знаком до боли. Такие же символы украшали оружие Стражей в моём мире. Я сам владел подобным клинком, пока не потерял его во время одной из миссий.
«Откуда это здесь?» — мелькнуло в голове. — «Ещё одно доказательство, что мой мир существовал. И что я не попал в какую-то параллельную реальность».
Клинок пульсировал слабой магией, словно дышал в моей ладони. Он был голоден, жаждал энергии. Такие артефакты питались магией своих жертв, становясь сильнее с каждым убийством.
Сунул кинжал в карман. «Спасибо за ценный подарок», — мысленно поблагодарил я мёртвого мага, чьё тело валялось на полу в луже собственной крови и мозгов.
Дзакат расхохотался. Его смех гремел под потолком таверны, отражаясь от стен и заставляя подвешенные лампы раскачиваться.
— Ха! Молодец! Хорош! — хлопал он своими ручищами. — Есть сила! Есть за тобой слово!
Я поморщился. Местные традиции казались всё более странными и бессмысленными.
— Не зря ты отказал другим кланам! — продолжал Дзакат, не обращая внимания на мою реакцию. — Да! Правильно!
Я молчал, позволяя ему наслаждаться спектаклем. Мне было плевать на его одобрение. Интересовал только результат.
— Правильно, что послал Виконта! — добавил он, сверкая глазами. — В его клане одни слабаки!
Снова промолчал. Интересно, все жители Сола такие двинутые на силе, или это особенность кланов? Словно вернулся в первобытные времена, где выживал сильнейший, а все споры решались грубой силой.
Посетители таверны постепенно покинули помещение. Дзакат щёлкнул пальцами, и те, кто пришли с ним, моментально бросились выполнять безмолвный приказ.
Они поставили один из столов на место и притащили два стула. Один из них даже протёр столешницу от крови и обломков, использовав для этого край своей рубашки.
Глава клана грузно опустился на один из стульев. Дерево жалобно скрипнуло под его весом, но выдержало. Он расположился с комфортом, широко расставив ноги и положив руки на стол.
Ещё один щелчок пальцами — и Марта метнулась к бару. Девушка схватила бутылку с мутной жидкостью и два стакана. Её руки заметно дрожали, когда она ставила всё это на стол.
Дзакат жестом предложил мне сесть напротив. Я медленно опустился на стул, не спуская глаз с главаря.
Он налил мутную жидкость в оба стакана и подвинул один ко мне. Жидкость была густой, слегка переливающейся на свету. Она напоминала ртуть — такая же тягучая.
— Пей, — скомандовал он, поднимая свой стакан.
Я взял предложенное. Мы синхронно опрокинули содержимое в рот.
Огонь. Чистый, неразбавленный огонь. Он обжёг язык, глотку, пищевод, взорвался пламенем в желудке. Казалось, что кто-то заставил меня проглотить раскалённый уголь, который теперь прожигал дыру в моих внутренностях.
Вкус был невыносимым. Смесь керосина, перца и чего-то металлического. Словно кто-то собрал все самые мерзкие вкусы мира и смешал их в одном флаконе.
Но я не показал ни единым мускулом, что испытываю дискомфорт. Лицо оставалось каменным, дыхание — ровным. Годы тренировок с Орканом не прошли даром.
Дзакат снова расхохотался, хлопнув ладонью по столу.
— Молодец! Севуху нашу пьёшь! — он покачал головой, словно не веря своим глазам. — Ну что? Хочешь к нам в клан?
— Спасибо, — ответил я спокойно, — но у меня другие цели. Однако у меня есть к тебе предложение.
Мой голос звучал ровно, без малейшего намёка на то, что внутренности всё ещё горели от «севухи». Интересно, из чего они гонят эту дрянь? И как сами не умирают, регулярно её употребляя?
